Мысль додумать не дает Дашка, вдруг выросшая возле стола и захлопнувшая крышку ноутбука, заставив дернуться. Сознание на миг гаснет, как будто его выключили вместе с картинками на мониторе. Пробует перезагрузиться.

В башке гудит.

- Что? – с трудом фокусируюсь я на мелкой.

- Два часа, Аарон, - трет она глаза недовольно. – Я спать хочу.

Я дергаю головой, снова фокусирую взгляд сначала на Лебедевой, потом осматриваю кабинет. Северной нет и, судя по всему, уже давно, а мелкая и правда выглядит сонной.

- Прости, - каюсь и злюсь одновременно, потому что понимаю, что в какой-то момент полностью отключился от реальности, перестал даже краем сознания отмечать то, о чем говорила Дашке Тира. – Все нормально? Как…

- Ой, да не параной, - качает Лебедева головой, морща нос. – Пошли домой.

Я киваю, потому что… проще кивнуть, чем с ней спорить, продолжаю тихо жрать себя, пока поднимаюсь, пока протягиваю к Дашке руки, пока мерцаю. И пока кормлю оголодавшего кота, слушая плеск воды в душе из комнаты, которую занимает будущая верховная.

Жру себя, пока сам стою в душе.

Надо стребовать с северной клятву. Срочно. Лучше уже завтра. И с Данеш тоже.

А стоит мне засесть с ноутбуком в гостиной, как тишину сонного дома рвет на части звонок мобильника.

Доронин?

Какого…

- Да?

- Аарон… он все-таки добрался до собирателя, достал ее, - голос у Глеба не такой как обычно, он…

И меня прошивает и продирает, заставляет подорваться на ноги, по спине холодный пот, распахиваются за спиной крылья.

- Кого он достал, Доронин? – рычу я, и сердце рвет мне горло и грудную клетку.

Глеб меня как будто не слышит, бормочет что-то о кровище, раскуроченной грудной клетке, тяжело и шумно дышит в трубку.

- Ковалевский уже тут.

- Кого он достал? – цежу по слогам.