– Не надо об этом сегодня, Ашер. Я тебя прошу и как твой друг, и как твой мастер. Когда наши гости уедут, вернемся к этому обсуждению.

– Даешь слово? – спросил Ашер.

– Даю слово.

Я кивнула.

– Когда не будем сидеть по самую задницу в аллигаторах, и когда у меня будет несколько дней переварить эту новость.

– Для тебя это новость – что я хочу быть его любовником? – спросил Ашер.

Я покачала головой:

– Честно говоря, я думала, что вы у меня за спиной как кролики. Знаешь, страусиная политика: «не спрашивай – не скажут». Мне и в голову не приходило, что все ваши прикосновения – только при мне.

– Я думал, что ты в этом увидишь с нашей стороны нечестность, – сказал Жан-Клод.

– С другой женщиной – да, но у меня аппаратура не та. В смысле, что если мужики с тобой такое будут делать, то у меня просто нужных частей нет. Но я думала, что делю тебя не с какими-то мужиками, а с Ашером. Это же не просто первый попавшийся хмырь с улицы.

– Ты хочешь сказать, что для Ашера ты делаешь исключение из правил?

– Я даже не знаю, есть ли у меня правила, но я не хочу делить тебя ни с кем, не больше, чем ты хочешь меня с кем-нибудь делить. Но я предполагала, что вы с Ашером любовники – в мое отсутствие.

Наконец-то, вот она, правда.

– И почему ты так думала?

Я показала на Ашера:

– Посмотри на него. Посмотри, как он на тебя смотрит.

Ашер засмеялся:

– Ты хочешь сказать, я так прекрасен, что мне никто не может отказать?

– Именно так, – кивнула я.

Лицо его смягчилось, он встал рядом со мной.