– Чудесно, – прошептал Дамиан. – Чудесное чувство. Так тепло от тебя.

Странно, я была почти уверена, что он говорит с Натэниелом.

– Сэр, прошу прощения, сэр!

Это был Римус – от волнения он вернулся к военной речи. Это, конечно, подействовало – Жан-Клод и Ричард оба обернулись к нему. Все на него посмотрели, кроме Дамиана, который закрыл глаза.

– Да, Римус? – отозвался Жан-Клод.

Римус наконец глянул на меня – вроде бы. В глаза он вообще смотреть не любил, но сейчас он не мог смотреть мне в плечо, как обычно, потому что ему сильно загораживала взгляд моя грудь.

– Я должен принести извинения, Блейк.

Сказал он это так, что ясно было: извинения там или что, а говорить ему этого не хочется.

Я посмотрела ему в глаза настолько пристально, насколько он мне позволил.

– Извинения за что ты должен мне принести, Римус?

Он покраснел, и на лице его появились яркие пятна, но разделяли их бледные линии, так что видно было, как части его лица не совсем подходят друг к другу.

– Я думал, что ты просто… – Он запнулся, задумался, потом сказал: – Ну, ты понимаешь, что я думал.

Можно было бы из вредности сказать: нет, не понимаю, и попытаться заставить его сказать вслух. Но если честно, мне не хотелось, чтобы он назвал меня потаскухой. Достаточно, что он это подумал.

– Ничего страшного, Римус, я бы сама так подумала, если бы смотрела со стороны.

Он слегка улыбнулся:

– Если это действительно вопрос жизни и смерти для тебя и твоих подвластных, то вам стоит поговорить с Нарциссом насчет охранников и пищи. – Он засмеялся. – Может, одеть еду в рубашки другого цвета.

Он мотнул головой и замолчал, потом повернулся по-военному и вышел, как будто собрался сказать то, что говорить ему не хотелось, и единственным способом промолчать было уйти. Когда дверь за ним закрылась и с нами совсем не осталось охранников, Мика сказал, думаю, за всех нас:

– Непонятный он.

Я только кивнула. «Непонятный» – точно описывало Римуса. Я раньше думала, что не понимаю его, потому что плохо знаю, но уже месяцы прошли, а я понятия не имею, почему он делает или не делает то или иное. Бывают загадочные личности, и сколько бы ты ни был с ними знаком, менее загадочными они не становятся. Иногда менее смущающими разум, но не менее загадочными.

Ашер прислонился рядом с нами к стойке кровати. На его лице было выражение, будто он хочет кого-то подразнить, но я уже знала, что он имеет в виду что-то похуже, потемнее.