Умея управлять своей психикой, японец специально вспоминал умное, аскетичное лицо Савела Печенюшкина, приятное лицо его жены, долгие разговоры с Михалычем и Игорем Андроновым в роще ученого городка. Нет-нет! Эта страна пережила тяжкую болезнь, и многих еще лихорадит. Тем более, что Тоекуда помнил, с кем он имеет дело и кто послал сюда всех этих людей. И даже среди этих дефективных, не вполне нормальных созданий (что вменяемый человек в уголовники не пойдет, Тоекуда был совершенно уверен) попадались сравнительно полноценные экземпляры. С Толиком, Серегой, Валькой Тоекуда быстро сблизился и, начиная дальние маршруты, полагался на них почти как на Мишу с Васей.

Он заранее разделил на секторы все окрестности озера. Задание у каждой группы — обследовать сектор, постоянно выходя на связь. Первое сообщение о людях поступило к утру тридцать первого, и оттуда, где результатов Тоекуда почти не ожидал, — с юго-восточного берега озера, и из группы, которую вел Миша. Там с вертолета видели одиноко бредущего человека, и этот человек выбежал на самый берег и махал вертолету рукой.

Проглотив почти кипящего чаю, на ходу перехватив черствого хлеба, Тоекуда вылетел туда, велев Мише брать соседний сектор.

Вот, значит, здесь был человек… А вот и он! Бегает, прыгает, махает курткой, а вот и костер, на нем что-то… Оружия у него нет, видно, что рад, но пусть уж его держат на прицеле. Так, на всякий случай, так вернее.

Сразу бежит к севшему вертолету. Вид не очень здоровый, усталый. Но видно, что тренированный и сильный человек.

И первое, едва выключили двигатели и открыли люк:

— Там товарищ, совсем больной, несколько километров…

Миша беседует сам, Тоекуда только пытается понять. И перед началом разговора тихо мотает головой: этого человека он не нанимал и кто такой, совсем не знает. Миша понимающе кивнул, перед тем, как приступить к общению:

— Хоть бы поздоровался, братан! Ты из экспедиции? А где все остальные?

Не понимает, и заводит снова:

— Здравствуйте… Там товарищ, совсем больной, надо к врачу…

— Ты из отряда? Чижикова знаешь?

— Мы с товарищем тут заблудились… Снег выпал, он заболел, я пошел…

— А что вы делали-то здесь с товарищем?!

И глупая улыбка освещает небритую физиономию:

— Ну чо? Отдыхали мы тут…

И тут Антон изобразил лицом нечто, одновременно делая лукавые глаза и весело ухмыляясь с эдаким алкашеским «Хе-хе…».

— Неужто этим делом в поселке нельзя заниматься?!

— Мужики знакомые на вертолете забросили, а назад не прилетели больше.

— Что же они так?!