Подошло бы все. Да, мы были… Нам было хорошо вместе. Нам было очень хорошо вместе. Были моменты, когда рядом с Роджером я ощущала себя самой счастливой на свете, и, если бы обстоятельства позволяли, это было бы главной идеей моего фильма. А все остальное… Оставила бы за кадром. Или для фильма, который бы крутила в своем внутреннем, личном кинотеатре. И называла бы его «Роджер Кройдон: Темная Сторона Души». Немного вычурно, но зато передает суть. Думаю, ты и сам знаешь, какие сцены я туда включу.

Когда начинаешь отношения, всегда удивляешься, как много у вас общего. Находишь сходства в любой ситуации, несмотря на то, что они могут казаться натянутыми. Ему нравятся «Янкиз», а ты из Нью-Йорка? Судьба, не иначе. Но это быстро проходит. В какой-то момент начинаешь замечать, насколько вы разные. Если повезет, то эти различия будут совсем незначительными – милыми причудами – или же будут дополнять друг друга. Как там говорят, противоположности притягиваются? Если не повезет, то различия будут большими и непримиримыми. Начинается все с масла на бутерброде с тунцом, а заканчивается все тем, что один из вас собирает вещи в картонные коробки из винного магазина. Когда тебе пятнадцать, и ты расстаешься с парнем – это тяжело. Мир разрушен, больше не веришь в любовь, бла-бла-бла. Когда тебе двадцать шесть и ты каждый день видишь, что твой шестидесятипятилетний муж натягивает маску, чтобы ему было не стыдно смотреть на себя в зеркало, – это ужасно и грустно. Когда мы только начали встречаться, я понимала, что многого не знаю о нем. Он жил гораздо дольше, намного дольше, чем я, и никто не идеален. Но мы подходили друг другу. Я это чувствовала. Мы были неизбежны. Таинство, помнишь? Конечно, неизбежность – не синоним к вечности, и пока я кипятила воду для спагетти, а на плите кипел овощной соус, мне пришла в голову одна тошнотворная мысль, что, может, я… Что мы видели то, чего не было. Может, нам было суждено завести интрижку, но на этом все. Мы, может, и продержались бы пару лет, но, в конечном счете, каждый из нас должен был пойти своей дорогой. Если так все и было…

«Нет, – подумала я, – я забеременела. Я вынашивала ребенка. Нашего ребенка».

«И что сталось с этим ребенком? – спросил мой личный адвокат дьявола. – Твой муж пожертвовал им, чтобы отомстить своему старшему сыну. Отец года, не правда ли?»

Так почему я осталась? Почему не взяла сумку и ключи от машины и не уехала как можно дальше от этого дома? Так и хочется задать этот вопрос, когда слышишь подобные истории, правда? Рано или поздно говоришь: «Почему она не ушла? Почему не сбежала, пока была возможность?» Для этого в фильмы и вставляют монтаж о счастливых воспоминаниях: чтобы оправдать ее решение остаться. «Ах, посмотри, она все еще любит его». И что немаловажно – «Он все еще любит ее». Поэтому она принимает верное решение. Я любила Роджера. Несмотря ни на что, это чувство отказывалось умирать, но в первую очередь я думала не о любви. Не скажу, что это был долг, но что-то очень похожее, что-то вроде «что посеешь, то и пожнешь».