– Не смей уходить, когда я с тобой разговариваю, мистер!

В дверном проеме появился Роджер. От неожиданности я ляпнула: «Роджер!» – не успев осознать, что делаю.

Он не ответил, и я заметила, что он переоделся. Я видела его десять минут назад, и на нем была футболка-поло, джинсы и мокасины; теперь же он был одет в белую рубашку с короткими рукавами, черные брюки и черные туфли. Опустив голову, он пересек комнату, подошел к радиоприемнику и начал возиться с ручкой регулятора.

Снова раздался крик:

– Ты слышишь меня? Не смей уходить, когда я с тобой разговариваю!

В том же самом дверном проеме появился Тед; фотографии на пианино пошатнулись, когда он пронесся мимо.

Я закричала и постаралась развернуться, чтобы рвануть обратно по коридору, но там, за моей спиной, краем глаза я уловила в полумраке силуэт; несмотря на то, что его было едва видно, я зажмурилась и отвернулась. Тед все еще преследовал меня, но застрял в том же самом вязком воздухе, который держал меня. А передо мной…

Во-первых, Тед выглядел вполне обычно. Его лицо раскраснелось так же, как и тогда, когда я впервые увидела его на пороге своей квартиры. Он невнятно говорил и шел нетвердой походкой, но казался живым и здоровым. Он был одет в ту же одежду, что и Роджер, с тем лишь отличием, что его брюки держались на подтяжках, а на груди висел криво завязанный галстук. Он схватил Роджера за руку и рванул так сильно, что Роджер чуть не упал.

– Ты что, оглох? – спросил Тед.

– Ты не слышал, что я сказал? – ответил Роджер. – Я ушел, чтобы включить тебе радио.

– Какой заботливый! – Тед оттолкнул Роджера, и тот отшатнулся, ударившись бедром об угол радиоприемника. – Если бы я хотел послушать это проклятое радио, то мог бы включить его сам.

Роджер вскинул голову, уязвленно поджав губы; в его глазах плескалась ярость. Тед удивленно дернул плечами.

– Вы только посмотрите, – сказал он. – Неужели я вижу искру бунтарства? Не обманывают ли меня мои глаза? Неужели ты только что нарушил четвертую заповедь? Не собрался ли ты восстать против самого Бога? Ты что же, не помнишь, что сказано в Библии? Как такое возможно?

Он подчеркивал каждое предложение, тыча указательным пальцем Роджеру в грудь.

– Исход, глава двадцать, стих двенадцатый: «Почитай отца твоего и мать твою, чтобы продлились дни твои на земле, которую Господь, Бог твой, дает тебе». Что конкретно тебе здесь непонятно? А? Что именно? А? А?

Указательный палец вонзался в грудь подобно игле швейной машинки. Роджер попытался прикрыться руками. Тед отшвырнул их и продолжил торкать его пальцем.