— Я ни в чем тебя не обвиняю… — Агнесс опустила взгляд.

— Ты хочешь упрекнуть меня в том, что это я отпустил его на Землю? — прочитал Михаил.

— Почему ты сделал это без меня, Миша?.. Почему не дал мне даже высказать ему своего мнения?.. — Агнесс подняла глаза, в них росой блестели слезинки.

— Агни, я выслушал тебя один на один. И Андрей принимал решение один на один со мной. Я лишь открыл ему дорогу как архангел…

— Но как архангел ты мог бы ему запретить, мог бы не пустить его.

— Я не имел права. Андрей страдал, и я разрешил его страдания. Послушай, его ангел делает все…

— Но он еще совсем ребенок! — оборвала его Агнесс. — Он не осознавал последствий!..

— Двести лет — уже не ребенок, Агни. Когда-то приходится вырасти. Иначе нельзя.

Агнесс смолка, поникнув головой и руками. По ее щекам бежали слезы. Михаил приблизился, желая утешить. Но Агнесс отстранилась.

— Миша, я прошу тебя: спаси его… — прошептала она.

— Агни, я не могу.

— Миша, я знаю, ты можешь… Ты же спасал из самой преисподней. Стоит только захотеть… Ну что тебе это стоит?.. Прошу тебя… Я никогда тебя так не просила… Ради меня… — зрачки слились со зрачками, умоляя глубинным блеском.

— Агни, прости. Я не могу сделать этого ни ради тебя, ни ради кого-либо еще. Это будет нарушением небесного закона. Свою жизнь Андрей должен прожить сам. И наши ангелы… — попытался он снова договорить что-то, чего Агнесс не ведала.

— Миша… — произнесла она.

— Агнесс, не проси больше. Это мое последнее слово.

Михаил остался неколебим. И Агнесс почувствовала это как безысходность. Ее веки сомкнулись, дрожа водой.

— Ради моей любви… Ради любви, которую я чувствую к тебе… и которая разорвет мое сердце, если он умрет… Умоляю тебя… Хочешь, я буду просить тебя на коленях… — ее слова полились сквозь скалу, мимо неприступности, под защитой которой хотелось укрыться.

— Агнесс, оставь, я прошу тебя. И мое сердце разрывается — видеть это и тебя в таком состоянии. Но в тебе говорит совсем не любовь, и ты должна это понять.

— Откуда ты знаешь, что говорит во мне?.. — молвила она тихо из-под приоткрытых век. — Возможно, это в тебе что-то умолкло для меня?..

— О чем ты, я не понимаю…