— А ты как думаешь чего?..

Марина удивилась такой наглости. Но этот человек, похоже, имел на нее право.

— А чего Вы мне тыкаете, я не поняла?.. — произнесла она, едва пришла эта мысль.

— Потому что ты — это я.

Петля Москвы-реки огибает целые районы. Идет извилистой тропа от метро, горка спускается вниз и выравнивается мимо домов. По заставленному машинами тротуару, около церкви фисташкового цвета. Двадцать минут от станции до своих переулков…

Марина несколько раз подряд моргнула. Улыбаясь этой дикой улыбкой, девушка приблизилась на несколько шагов, так как стояла достаточно далеко.

Стройный, как каминная спичка, силуэт, одетый в черные джинсы и черный топ, черную рубашку, подчеркнутая бледность лица, удивительно чистого. Длинные волосы спускались за уши, черные, как смоль, с синими отблесками. Одна рука в бок, вторая придерживает рубашку длинными, будто нарощенными, ногтями. Марина была неприятно удивлена холодному, блестящему, как бриллиант, камню в обнаженном пупке и золотому копью в ухе. В целом же она была потрясена видеть себя. За небольшими различиями. Эта девушка казалась идеальной. Но смотрелась как монстр.

У Марины задергалось веко. Ей почудилось, что она даже выше своего оригинала. Но просто ее копия была на десятисантиметровых железных каблуках, а сама Марина — в кроссовках.

Мара отвернулась, чувствуя, что ее сейчас начнет рвать желудочным соком. Как неприятно. Марина же номер два ощущала себя, по видимости, предельно хорошо. Она молчала. Они обе молчали.

— Ну, и откуда ты взялась?.. — молвила Марина, не глядя.

— Тот же вопрос хотела бы задать тебе. Вернее, почему ты еще не освободила место?..

— Приехали…

— Не смотришь в глаза.

— Хочу смотрю, хочу — нет.

— Как обычно. Никак тебя не переучить.

— Минуточку, я думала, что это круто.

— Не перед лицом врага.

— Ах так… Приехали, — повторила Мара, не зная, что еще сказать. — И как мне к тебе обращаться?

— Ты мне не дала нового имени. Я предпочитаю — Маришка.

— Зашибись.