За столом шёл оживлённый и весёлый разговор: кажется, тут собрались лучшие друзья, знающие друг друга уже много лет и не мыслящие жизни без кого-нибудь одного. Дружеский смех громом отражался от гор и рассыпался по безлюдному сосновому бору, словно капли дождя, отскакивающие от упругой поверхности листвы.

— Я, если честно, уже и не помню, как мы встретились, — говорил Михаил, задумчиво перебирая волосы на затылке. — По-моему, я явился тебе во сне, а вот почему — не помню.

— Во время молитвы, — поправила его Дуня, щурившись от ярких косых лучей. В свете заходящего солнца её ультрамариновые глаза превратились почти в малахитовые, а радужки близнецов, по природе изумрудные, окрасились в неоновый салатовый цвет.

— Точно, в молитве, — кивнул Михаил, постепенно вспоминая события многолетней, если не сказать многовековой, давности. — Я ещё тогда провёл тебя на небо, но ты вернулась на землю, и после этого мы некоторое время не виделись. Да, точно, я вспомнил.

— А почему ты явился к ней? — подал голос Кристиан с другого конца стола. Он сидел полубоком на рассохшейся деревянной скамье и, положив ногу на ногу, задумчиво перебирал струны жёлтенькой, как канарейка, гитары.

— На тот момент она была грешницей, которая резко обратилась в праведницу, поэтому моё присутствие было необходимо.

— Ты была грешницей? — удивлённо поднял брови Кристиан, оторвавшись от гитары. Дуня неопределённо хмыкнула.

— Ещё какой, — она поднесла к губам кружку, и нижняя часть её лица скрылась за белой керамикой вместе с хитрой улыбкой. — Я была богаче императора, и, знаешь ли, добыла те деньги не ежедневным трудом в поле.

Кристиан смутился и опустил взгляд на струны гитары. Из-под его пальцев выходила приятная, весёлая мелодия, олицетворяющая собой тёплый летний вечер в тёплой компании, и казалось, будто сосны раскачиваются в такт этот неспешной музыке.

— Я запомнила твой первый приход на небо исключительно потому, что вслед за тобой на небосвод поднялся Люци, — сказала Надя, сдувая с лица упавшие на него светлые прядки, которые ещё совсем недавно были каштановыми. — Впервые после… — она подняла глаза кверху, как бы что-то подсчитывая в уме, — проводов Михаила до ворот Рая, — Надя немного помолчала, задумчиво поглаживая большое золотое кольцо в левом ухе. — Вообще-то он редкий гость там, наверху. Сколько раз он поднимался к нам за всё время?

— Ты имеешь в виду именно на Небо? — ответил вопросом на вопрос сидящий рядом с Надей Гавриил. Она кивнула. — На моей памяти это произошло раза… Четыре, наверное, но я не уверен. Может быть, больше.