Райли направил фонарик ей под ноги.
– Стеф? Ты идешь?
– Ага. Догоню через секунду.
Тропа заросла еще сильнее, земля перед ними была устлана листьями и травой, но остальные световые указатели стояли там, где их оставили много лет назад. В голове у нее раздался голос Лиззи, в котором звучала писклявая невинность, когда-то казавшаяся Стефани очень милой.
Впереди Стефани увидела первую из металлических хижин, ее хлипкие стены покрывали ржавчина и граффити. На одной кто-то грубо нарисовал флаг Конфедерации. В луче фонарика вспыхнула ослепительно-белая свастика, и Стефани отвернулась, когда поняла, что это. Райли, Чак и Джек ушли вперед, болтая между собой и заглядывая в некоторые покосившиеся постройки.
«Бедная Лиззи», – подумала Стефани. На этом их поход закончился, как и многообещающие отношения, которые так и не успели начаться.
Детали она помнила смутно – о чем они говорили по дороге в Стауфорд, что ели на обед – с тех пор прошло почти двадцать лет, но другие вещи отлично сохранились в ее памяти. Когда из одной хижины появилась живая тень, Стефани, казалось, не так сильно и удивилась, будто ожидала этого появления.
Но Лиззи была к нему не готова. Раньше она посмеялась над предостережениями Стефани. И поскольку Стефани питала к ней слабость и в тот вечер они дурачились, возможно, в первый и единственный раз она согласилась, когда Лиззи предложила ей посетить старое поселение.
Стефани направила свой свет на следующую стоящую по пути хижину: ее крыша провалилась, а ржавые металлические стены были покрыты вьюнами. Тогда тень появилась из нее, отделилась от тьмы, подобно тому как масло отделяется от воды, беззвучно просочившись в реальность. Невероятное существо возвышалось над двумя девушками – закончив формироваться, оно достигало почти восьми футов в высоту – и посмотрело на них ярко-голубыми глазами.