– Райли? Я слышала выстрелы, что… О боже.

Тьма, окружавшая опушку леса, сгущалась, текла, как вода, между деревьями, в ней то и дело вспыхивали голубые глаза, как светлячки, пляшущие в воздухе. На тропе появились четыре фигуры.

Стефани присела рядом с Райли.

– Ты в порядке?

Он покачал головой.

– Со мной все нормально, но… – Он заставил себя посмотреть ей в глаза. Сквозь пот и слезы ее лицо выглядело стеклянным, и он едва не подавился словом, застрявшим у него в горле. – Чак.

Мальчику не пришлось больше ничего говорить. Стефани нахмурилась, переводя взгляд на фигуры, стоящие у подножия холма. Мир прекратил кружиться, воздух был неподвижен и тяжел, а луна и звезды безмолвно и осуждающе глядели на них сверху. Лес у подножия холма кишел стражами погребенного бога. Тени вытянулись, превратившись в долговязые фигуры, возвышающиеся над всем сущим. Они стояли среди деревьев и молча смотрели на вторженцев, их глаза окутывали склон холма болезненным светом.

Джейкоб Мастерс отделился от группы, сделал несколько шагов вверх по склону холма. Перед собой он держал идола – талисман, ярко горящий невероятным пламенем.

– Мои дорогие агнцы, вам некуда бежать. Зачем сопротивляться вечности? Мы лишь хотим разделить с вами награду спасения. Нужно лишь предаться сладкому страданию в утробе бога. – Джейкоб повернулся в сторону тропы. Двое темных стражей расступились, и на прогалину вышел Чак Типтри. Глаза у него светились.

– Аминь! – воскликнул Чак.

– Аминь, – вторила ему Сьюзан Прюитт. К ним присоединился Зик, а также отец Райли. Когда Райли услышал, как отец закричал «Аллилуйя», у него скрутило живот.

– Вставай, – прошептала Стефани, помогая ему подняться на ноги.

– Куда мы пойдем? Куда мы сможем пойти? – Его голос надломился, когда он попытался проглотить всхлип.

– В храм, – ответила она.

– В храм? – Он остановился, но она подтолкнула его вперед, оглядываясь через плечо. – Я думал, мы собирались взорвать его?

Но Стефани ничего не сказала, и когда Райли оглянулся, то увидел приближающиеся темные силуэты. Втянув в себя воздух, он бросился за тетей, гадая, что они будут делать, и боясь спросить.

6

«Все это неправильно», – подумал Джек, сходя с последней ступеньки лестницы. Бабушки нигде не было видно. Она спустилась сюда двадцать минут назад, пообещав «все подготовить», пока они относили в яму баллоны с пропаном. А теперь не отзывалась. Он был один в темноте.