Она не слышит меня. Мы стоим так некоторое время, хотя кажется, что проходит вечность. Наконец она опускает пистолет, потом кидает его в ванну, куда он и падает с металлическим стуком.

– В задницу все это, да? – говорит она.

– В задницу, – говорю я. – Сегодня больше никто не умрет.

– Кажется, тут мы видим большой шар солнечного света, – говорит Стефани от двери.

Хизер начинает поворачиваться, но Стефани приставляет дробовик к ее шее сзади, через горло Хизер ствол направлен прямо мне в лицо. Стефани стоит в квадратной стойке[77], неподвижно, приклад дробовика прижат к ее плечу, щека лежит на прикладе, она готова принять своим телом силу отдачи, а левая рука направляет ствол. Хизер стоит спиной к ней. Я стою по другую сторону Хизер, тело Ская занимает половину ванной и бежать некуда.

– Это уже второй раз, когда ты спасаешься, притворяясь мертвой, – говорит Стеф. – Как ты это делаешь?

– У меня в голове пластина, – говорю я.

– Черт побери, – тихо говорит она. – Откровенно говоря, я мельком просмотрела твою страничку в «Википедии». Меня не интересуют животные, сбитые на дороге. А вот эта дохлая ширяльщица, с другой стороны, вполне подходящая добыча.

– Суперфаны долбаные, – говорит Хизер.

– Как скажешь, бабулька, – говорит Стефани. – Мы с моим парнем загоняли вас вот уже несколько недель, как крыс в лабиринте, а теперь уложим вас всех, как рыб в бочке. Вам, глупым старым развалинам, мало чем можно гордиться. Это дельце было не сложнее влажного пука.

У меня не выходят из головы ее слова «с моим парнем».

– Скай… – начинаю было я.

– Мы познакомились онлайн, – говорит она. – После этого про вас, лузеров, все забудут. А мы со Скаем станем героями. Люди многие годы будут помнить то заявление, что мы сделали. Вы всего лишь бессмысленная ностальгия, а мы здесь для того, чтобы выбросить вас в мусорный бачок. Всем пора уже перестать цепляться за прошлое.

– Нажимай уже на спусковой крючок или заткнись на хер, – говорит Хизер, но я вижу ее лицо и знаю, что отвага есть только в ее голосе. – Ты такая же скучная, как мой последний бойфренд.

Стефани улыбается.

– О’кей, – говорит она.

Я должна сделать так, чтобы она говорила и дальше.

– Значит, ты сделала это, чтобы стать знаменитой? – говорю я. – Ты убила всех этих людей, чтобы тебя показали по телевизору?

– А что еще есть, кроме этого? – спрашивает Стефани.

Я вспоминаю папочку в доме доктора Кэрол – ту, которая с фотографией Стефани на обложке. И понимаю, как Скай ее нашел.