– Волнуюсь из-за Дани, – говорит она, вытаскивая пачку «Биг Ред». – В правилах свидания сказано: нельзя приходить в одежде из джинсовой ткани, из маскировочной ткани, из любой ткани, которая напоминала бы одежду, установленную штатом для заключенных. Что она наденет?
После того как Дани укатила в тот день, я некоторое время стояла, погрузившись в свои мысли, и смотрела в пустыню. Орды цикад обсиживали эвкалипты, а горные ласточки с лету бросались на этих насекомых. Я заметила какое-то движение вдали справа от меня, увидела песочного цвета змеиный хвост, исчезнувший в креозотовом кусте.
Белые мотыльки летали между пыльными кустами под бледным полумесяцем на предвечернем небе. Вдали на холмах сверкали и сияли машины, словно крохотные драгоценные камни, а я думала о том, сколько там людей среди холмов. Там было так много людей.
Что-то ударилось о мою ногу, и я подпрыгнула, но тут же увидела, что это всего лишь кузнечик. Он посидел на моей туфле секунду-другую, а потом в одно мгновение исчез. Издалека до меня донеслось ржание одной из лошадей.
Вокруг столько жизни, и она продолжается. Может быть, не жизнь каждого отдельного существа, но Жизнь. Крисси сказала, что в мире есть только две силы, и они уравновешивают друг друга: жизнь и смерть. Творение и уничтожение. Но она ошибалась. Есть только одна сила, потому что, как бы мы ни лезли из кожи вон, мы не можем остановить жизнь. Как бы мы ни сражались, сколько бы народу ни убивали, мир продолжает меняться, расти, жить, люди пропадают, теряются, и возвращаются, и рождаются, и живут, и, что бы ни происходило, в каких масштабах и с какой силой, жизнь продолжается и продолжается.
– Привет вам всем! – вскрикивает и машет рукой Мэрилин рядом со мной. – Сюда.
Джулия и Дани подкатывают к нам в своих креслах-колясках из другого конца помещения, Джулия что-то без умолку говорит Дани, а та целиком и полностью поглощена выруливанием между столиками к тому месту, где в небольшом кругу, образованном складными стульями, сидим мы с Мэрилин.
– Они попытались навязать нам тюремные кресла, – сказала Джулия. – Я спросила, как им понравится роль ответчика в судебном иске, и мне практически уже пришлось приступить к составлению черновика, но они все же решили нас пропустить.
Я оглядываю нас с нашими креслами-каталками, нашими швами, марлевыми повязками и алюминиевыми тростями. Мы похожи на моделей, участвующих в съезде поставщиков хирургического оборудования.
– Твой парень ждет тебя снаружи, – говорит Дани, остановив кресло.
Когда мое такси остановилось сегодня у здания ЦККЗ, я не сразу заметила Гарретта П. Кэннона. На нем была уродливая новая светло-серая шляпа и в тон ей костюм с одним из его галстуков-шнуров, так что я не знаю, почему не заметила его. Он догнал меня, пока я хромала по дорожке ко входу.