Гунда! Она сидит за столиком уличного кафе, отделенного от тротуара низенькой кованой решеткой. Она кажется еще красивей, чем прежде.

Франк молча смотрит на нее. Вот она встает и с неуверенной улыбкой направляется к нему:

— Неужели ты приехал?..

— Но ведь ты тоже здесь! — произносит он, и это совсем не те слова, которые он готовился сказать в течение минувшей недели, во время поездки сюда и даже за час перед встречей.

— Присядем?

Франк смотрит на Гунду и молча кивает.

— У меня что-нибудь не так? — спрашивает Гунда.

— Ты стала еще красивее, — тихо говорит он.

— Может, я стала просто умнее, Франк? Не смотри на меня так, прошу тебя. Пойдем к столику.

Ничего не значащие вопросы и ответы. Да и о чем поговоришь в окружении любопытных? И все же эти минуты очень важны — когда привыкаешь снова быть вместе, когда взгляды встречаются, выдавая кое-что из того, что пока остается тайной.

Потом они идут за город, сворачивают с шоссе на одинокую тропинку, где навстречу не попадается ни одна живая душа. Они шагают рядом, чуть поодаль друг от друга. Лишь когда Гунда спотыкается на каменистой тропе, Франк хватает ее за руку и уже не выпускает этой руки из своей.

Неожиданно Гунда задает вопрос:

— Что ты думаешь обо мне?

— Тогда или теперь?

— И тогда, и теперь.

— Раньше я желал вам всяческого зла, какое только можно себе представить, — тихо отвечает Франк. — Долгими ночами я мечтал о том, чтобы с вами случились самые ужасные несчастья.

— А теперь? — Гунда тянет его на травянистый склон, на полянку, окруженную невысокими елочками. — Сядем?

Он кивает.

— Я должна рассказать тебе все, прежде чем мы сможем честно обсудить наши дела.

— Я и так все знаю.