– Вы могли… – это уже слишком, в голове кружилось сразу так много мыслей и вопросов. Мисс Келли тоже грешна, её тоже совратил дьявол? – Вы могли с кем-нибудь поделиться. Могли мне помочь.

– Да. Я могла бы кому-нибудь сказать – да пожалуй, что и всем. Но тебе бы ничем не помогла. Просто и меня объявили бы сумасшедшей, а мне было что терять, Мэгги, причём больше, чем тебе.

– Но если бы мы обе рассказали одно и то же…

– Нас бы обеих назвали сумасшедшими, или сказали бы, что это я тебя испортила, или что мы работаем в сговоре, как салемские ведьмы. Мне бы запретили преподавать, я бы не могла заработать на жизнь. Или, как знать, меня бы вовсе сослали в больницу, в лечебницу. Я не стала рисковать. Я знала, что ты это перенесёшь лучше меня. И оказалась права. Сама подумай. Судя по тому, что я слышала, привидения – это лучшее, что с тобой случилось.

– Нет. Нет, – Мэгги мотала головой. – Нет. Это худшее… – Вот только это же неправда, да? Эта сила, это ощущение, когда к ней что-то тянется, когда она загорается изнутри, когда её разум переходит границу, и эта жизнь в мире, подальше от отца, бесконечной работы и уроков, гнетущего быта. Разве Мэгги не превратила всю свою жизнь в дикое приключение? – Это худшее, это одновременно и худшее, и лучшее. Не могу… не могу объяснить.

– Тогда прости, – сказала мисс Келли, хотя не казалось, чтобы она раскаивалась. – Я привыкла помалкивать, когда вижу то, что видеть не положено.

Мэгги не поспевала за собственными мыслями. «Вижу то, что видеть не положено».

– Что это значит? Что… кого вы ещё видели?

У мисс Келли был узкий серебряный браслет, и теперь она принялась рассеянно вертеть его на запястье. Какое-то время молчала, потом заговорила.

– Мою двоюродную сестру Мэри. Она плыла с нами в Нью-Йорк на пароходе, но в пути скончалась. Пришлось обернуть её в брезент и сбросить в воду. Ужасно. В детстве я часто её видела. Слышала, как она стучится в окно. И знала, что об этом лучше помалкивать. – Она отвела взгляд в сторону, и Мэгги увидела учительницу в профиль: длинные тёмные ресницы, изгиб губ. – И вот я здесь. Рассказываю всё тебе. Надеюсь, тебе можно верить.

Тут она обернулась, и их взгляды встретились. «Да, – подумала Мэгги, зная, что вслух это произносить необязательно. – Мне можно верить». Что им двоим ещё оставалось, кроме как верить друг другу? Они одинаковы. Перед глазами проплыла туманная картина другой жизни, где мисс Келли тоже её сестра, где они вместе ездят по стране и проводят сеансы, а за ними вихрится хаотичный сонм привидений. Возможно, её сёстры повсюду, думала Мэгги, причём сами этого не знают – все слишком боятся подать голос.