А она и выросла, подумала Мэгги, и вести себя надо подобающе. Она отпила ещё кофе, пока сердце всё ещё бешено стучало. Произнесла то, что репетировала в мыслях.

– Им не стоит верить в историю о человеке. И мне не стоит. Не знаю, что тогда случилось, но болтать о привидениях и духах неправильно. Это… – она выдавила из себя это слово, – богохульство. Так мы открываем двери дьяволу. Если я что-то и видела, меня обманули.

И всё же. Теперь она не могла не задуматься. Несчастные случаи. Стройку пришлось прекратить. Словно что-то разгневалось, словно здесь что-то потревожили… а теперь надгробия вернули на место – и…

Нет. Она почувствовала на себе внимательный взгляд мисс Келли. И снова попыталась усмирить непокорные мысли. Сосредоточиться на реальности: обжигающем кофе, сырой траве.

Она смотрела на темноту среди деревьев. Закачались и замерли ветки. Где-то там невидимо двигалась птичка или какая-то другая зверушка.

– Присядем? – предложила мисс Келли и, не успела Мэгги ответить, уже подошла к двери, смахнула с порога листья и села, поднеся чашку в обеих руках к лицу.

Мэгги помешкала: разве можно вот так рассиживаться на земле, как детям, они же взрослые? – но мисс Келли её ждала. А у Мэгги уже подкашивались ноги от голода. И она села.

Какое-то время обе молчали.

– Кто тебе наговорил про дьявола? – наконец спросила мисс Келли.

– Неважно.

– Надо сказать, непохоже, чтобы ты сама в это верила.

Мэгги поставила чашку, подтянула колени к груди и обняла.

– Иногда я сама не знаю, во что верю.

От прохлады на глазах выступили слёзы, она утёрла их тыльной стороной ладони. Мисс Келли хмыкнула, не соглашаясь, не опровергая, и Мэгги прибавила:

– Кому об этом знать, как не вам. Вы же читали всю Библию, мисс Келли, я слышала, как вы её цитируете. И всего Шекспира, и прочее. Вы должны знать и про дьявола.

– Знаю. Я всё знаю. Например, знаю Евангелие от Марка, девятую главу, стихи с четырнадцатого по двадцать девятый. Иисус исцеляет мальчика, одержимого нечистым духом. Тот, сотрясшись, падает на землю, и дух выходит из него, – мисс Келли кратко улыбнулась. – «Сотрясения». Я и сама всю жизнь одержима тем же нечистым духом. Но Иисус мне так и не явился.

Мэгги вспомнила, как мисс Келли, вся белая, хваталась за спинку стула, как пустели её глаза, как она шептала: «Простите, это пройдёт». Или как она заваливалась набок в конвульсиях. Дети хватались друг за друга от страха и возбуждения.