Жуэ не без удовольствия пожал руки гостям. Рука у него была чуть шероховатой, горячей — сразу видно, что она держала сейчас штурвал. Он поздоровался и, взглянув на небо, сейчас в зоревых полосах, сказал, что такое небо к погоде.

Потом он бросил взгляд на вспаханное поле — он был очень доволен, что до наступления вечера ему удалось сделать так много.

— Люблю принимать гостей в своем сельском доме!.. — Он шел сейчас рядом с гостьей. — Помните наш разговор о русской иконе?.. Она здесь...

— Покажете?

— Да, конечно...

Он замедлил шаг, дав возможность остальным гостям поравняться и образовать одну группу.

— Мы посмотрим вместе дом, правда? — произнес он нетерпеливо. Богатый человек, быть может даже очень богатый человек, он старался показать, что дорожит своим сельским очагом.

Они вошли в дом — он был каменным, однако его комнаты были выложены буковыми досками. Дерево точно набралось студености у камня — в доме было прохладно. Все было чуть-чуть тяжеловатым: высокие панели, разделенные на соты, потолки, скрепленные матицами, шкафы, встроенные в стены, массивная мебель, точно сросшаяся с деревом стен и потолка. Галерея вывела их к флигельку, и их глазам открылся зал, как могло показаться, превосходящий размеры дома, в который они вошли, — двухэтажный дом был внутри одноэтажным. Церковка поместилась здесь — без остатка, маленькая, не больше домашней, какие строили для своих семей русские князья; она, эта церковка, была тем более хороша, что давала возможность, не уходя далеко, поговорить с богом, поговорить, не прервав текущих дел, накоротке. Церковка вошла в дом, не нарушив ни его размеров, ни форм. Расчетливо, в точном соответствии с размерами церковки и ее очертаниями, хозяин расположил иконы. Дерево, которого и в церковке было много, умело хранить сумеречность. В этой сумеречности хорошо смотрелись иконы: лики святых точно были погружены в незамутненную воду времени.

— Хотите взглянуть на русскую икону?

— Да, конечно.

— Вот она.

Он снял со стены икону и, как это было в Барбизоне, понес к окну; однако, вспомнив, что день погас, отыскал глазами светильник поярче, быстро пошел туда, увлекая за собой молодую Ипатову. Но вот вопрос: чем объяснить стойкое внимание, с которым он слушал ее, именно стойкое?.. Особенностью ее ума, способного завораживать, свойствами характера, в котором есть власть одного человека над другим? А может, иным, что не так броско, но полно смысла?.. Как показалось Инатову, беседуя с молодой россиянкой, Жуз запамятовал, что она приехала в его сельский дом не одна. Александр Петрович не увидел в этом недостаток такта, просто хозяин чуть-чуть забылся.