В этот момент в гостиную вошла миссис Гибсон, явно расстроенная, но присутствие высокой гостьи ее утешило.

— Дорогая леди Харриет, до чего мило с вашей стороны! Вижу, что бедное дитя поделилось своими горестями, — а ведь все шло просто замечательно! Уверена, что виновато открытое окно: Молли настаивала, что не дует, и вот пожалуйста! Знаю, что без нее не смогу наслаждаться поездкой и свадьбой своей единственной дочери, так как не имею права оставить больную на Марию. Скорее готова сама чем-нибудь пожертвовать, чем думать, что бедняжка одинока и неухоженна.

— Наверняка Молли страдает ничуть не меньше всех остальных, — заметила леди Харриет.

— Нет, не думаю, иначе позавчера не сидела бы спиной к открытому окну, хотя я предупреждала, что этого делать не стоит, — возразила миссис Гибсон со счастливым пренебрежением хронологией событий. — Но теперь уже поздно переживать и сожалеть. Мой долг — устроить все наилучшим образом и жизнерадостно смотреть в будущее. Хотелось бы убедить Молли поступать так же. Понимаете, леди Харриет, для девушки ее возраста отмена первой поездки в Лондон — огромное разочарование.

— Дело не в этом, — начала Молли, однако леди Харриет жестом попросила ее помолчать и заговорила сама:

— Право, Клэр! Думаю, если поможете мне, то удастся все устроить. Мистер Гибсон сможет оставаться в Лондоне сколько сочтет нужным, а Молли получит необходимый уход и перемену обстановки, в чем, по-моему, нуждается больше всего. Не могу отправить ее на свадьбу и показать Лондон, однако готова пригласить и перевезти в Тауэрс-парк, а потом ежедневно отправлять вам сообщения, чтобы мистер Гибсон не тревожился. Что скажете?

— О, я не могу принять это приглашение, — пробормотала Молли. — Буду всем только мешать.

— Никто тебя не спрашивает, малышка. Если мы, мудрые взрослые дамы, решим, что надо ехать, придется молча подчиниться.

Миссис Гибсон тут же принялась торопливо подсчитывать все «за» и «против» предложения. Среди плюсов оказалось то, что Мария сможет сопровождать их с Синтией в качестве «личной горничной»; мистер Гибсон останется дольше, а в таком месте, как Лондон, всегда желательно иметь под рукой мужчину, тем более такого: хорош собой, благороден и пользуется особым расположением процветающего деверя. В итоге достоинства перевесили недостатки, и миссис Гибсон воскликула.

— Чудесно! Трудно представить что-нибудь более полезное для бедной крошки! Вот только что скажет леди Камнор? Неловко ее напрягать.

— Вам известно, насколько мама гостеприимна: она счастлива лишь тогда, когда в доме полно народу, — и папа всегда ее поддерживает. К тому же она благоволит к вам, испытывает благодарность к доброму доктору и наверняка полюбит девочку, когда узнает ее так же близко, как знаю я.