— Соня пропала, — шепнула Степанида, делая вид, что углублена в вышивание, которое держала в руках.

Мне ничего не оставалось делать, как пойти в магазин «Вятского издательства»: там, может быть, я получу хоть какие-нибудь сведения о Соне. Судьба Сундука тоже тревожила меня.

Путь к вятскому магазину на этот раз был чист, впрочем, за точность такого рода заключений поручиться никогда нельзя. Я рискнул зайти. И очутился в задней комнатушке незадолго до назначенного для явки часа.

Назначенный час наступил. Но никто не показался. Прошел еще час. И еще прошло долгое время. Вошел на минутку заведующий и сказал, что вчера на явке не было никого.

— Даже Соня не заглядывала…

И еще, еще проходили томительные минуты… Я сидел неподвижно на кипе книг, упакованных в рогожку. Хотелось пошевельнуться, размяться, но напряжение ожидания было так велико и надежда на то, что кто-нибудь сейчас войдет, так была крепка, что я откладывал: вот тогда и переменю положение рук и ног, когда наконец кто-то придет. Каждая минута как будто сочилась моей кровью. Я думал: если срывается явка, то не сорвется ли завтра и конференция? А если сорвется конференция, то не придется ли все начинать с начала?..

Пришел вскорости Ветеран. Но его поздний приход только подчеркнул неудачу явки. Уже наступал вечер, приближалось закрытие магазина. Чего же больше ждать? Все равно завтрашняя конференция поставлена под удар.

Мы посовещались с Ветераном. Как быть? Не отменить ли ее? Но ведь руководители московской организации ждут от нас, что конференция состоится. Рабочие района тоже ждут. Но если бы мы и решились на отмену, то можно ли сейчас это сделать? Не успеем, не удастся нам всех предупредить… Будь что будет…

Перед самым нашим уходом явился Иван Семенович.

Он был необычайно взволнован.

— Подождите, не расходитесь… Важное известие… Потрудись-ка, Павел, прочитать вот эту самую копию с телеграммы. Как я ее добыл, о том знает один бог, да я, да еще один отчаянный пропойца…

Я прочел:

— «Его превосходительству начальнику департамента полиции. Доношу вашему превосходительству благодаря принятым мною совместно с градоначальством чрезвычайным мерам московская организация социал-демократов большевиков совершенно перестала существовать тчк ходатайствую перед вашим превосходительством награждении отличившихся подведомственных мне чинов тчк возобновление революционных происков большевиков Москве абсолютно исключено тчк начальник московского охранного отделения».

— «Его превосходительству начальнику департамента полиции. Доношу вашему превосходительству благодаря принятым мною совместно с градоначальством чрезвычайным мерам московская организация социал-демократов большевиков совершенно перестала существовать тчк ходатайствую перед вашим превосходительством награждении отличившихся подведомственных мне чинов тчк возобновление революционных происков большевиков Москве абсолютно исключено тчк начальник московского охранного отделения».