Джулиус, миллионер и строитель Американской империи, без оглядки гнал свой «кадиллак». Нам в глаза било палящее солнце, и над огромным блестящим черным капотом автомобиля, должно быть, витали души живущих на земле миллиардов. В какой-нибудь далекой Эфиопии люди гибли от голода и дизентерии. Сидя на корточках над вонючей лужей, они листали брошенный туристами экземпляр «Бизнес уик» и видели его портрет и портреты других важных богатых персон. Впрочем, второе такое лицо трудно сыскать. Его свирепый профиль приводил на память латинское слово «чарах» – жадный, хищный; или одного из полубезумных «королей» на полотнах Жоржа Руо.

Мы проехали его предприятия – «Сельский жилкооператив» и «Оружейные мастерские Трамбулла», видели множество принадлежащих ему зданий.

– Я с этим кооперативом чуть не разорился, – пояснил Джулиус. – Архитектор уговорил меня сделать на крыше бассейн. Потом обнаружилась нехватка нескольких тонн бетона. И в довершение ко всему мы на целый фут вышли за границу участка. Никто ничего не заметил, но мне все равно пришлось избавиться от проклятой стройки. Я ее выгодно продал, хотя бумажной волокиты было – не дай Бог… Послушай, Чак, как я понимаю, тебе нужен постоянный доход. Твоя стерва не успокоится, пока ей на тарелочке с голубой каемочкой не принесут твою голову. Ума не приложу, как ты не сподобился отложить деньжат на черный день. У тебя, видать, мозги набекрень. Кому не лень делает тебя как маленького. Сколько ты угрохал на Циттерблума, который обещал тебе крышу от налогов, навязанных нам Дядей Сэмом. Здорово он тебя провел. Теперь от него ни цента не получишь. Да и другие, наверное, задолжали тебе тысячи и тысячи. Иди с ними на мировую. Скажи, что готов взять только половину, но наличными. Я научу тебя отмывать деньги и сделать так, что они вроде бы исчезнут. Затем ты закажешь билет в Европу и поселишься в хорошем городке. Какого черта тебе оставаться в Чикаго? Скучнее места нет на свете. Для меня-то оно не скучное, потому что я там разные дела проворачиваю. Но у тебя ведь никаких дел. Встанешь утречком, выглянешь в окошко, на дворе дождь и слякоть, задернешь занавеску и ляжешь на диван с книжкой. В городе грохот, но ты ничего не слышишь, и если живой, значит, у тебя железное здоровье. Я что хочу сказать? Есть у меня идея. Мы покупаем на двоих дом на Средиземном море. Моим ребятишкам надо языки знать и культуры малость понабраться. Ты будешь учить их. Наскреби двадцать пять косых, и я гарантирую тебе прибыль из расчета двадцать пять процентов годовых. На них и будешь жить за границей.