– У меня не было выхода. Они проверили мои налоги.

– Какая же ты все-таки бестолочь! Учился, учился, а ничему не научился. И вроде бы из хорошей семьи вышел, и ребенком был смышленым. Если уж тебе так хочется быть интеллектуалом, то почему не Германом Каном или Милтоном Фридменом? Одним из тех напористых ребят, которые читают «Уолл-стрит джорнал»? Кому нужен твой Вудро Вильсон и другие покойники: пишешь какую-то чушь, читать невмоготу. Прочитаю полстраницы и начинаю зевать. Мало тебе папа давал подзатыльников, не то что мне. От хороших затрещин ты очнулся бы. Любимчиком был, это тебя и испортило. Вдобавок женился на этой проклятой бабе. Ей бы террористкой быть из «Освободительного фронта Палестины». Я как увидел ее острые зубки и завитки на висках, сразу подумал: «Хана парню!» Ты вот все стараешься доказать, что жизнь на нашей планете никуда не годится. Может, и не годится, но сам ты – человек конченый. Ей-ей, мне бы твое здоровье! Все еще гоняешь мяч с Лангобарди? Говорят, он джентльменом заделался. А как идет твой суд с Денизой?

– Плохо. Судья велел мне внести залог. Двести тысяч.

Джулиус аж затрясся.

– Во дают! Все, плакали твои денежки. Кто твой адвокат? Все тот же школьный приятель, толстожопый Шатмар?

– Нет, Форрест Томчек.

– Знаю Томчека, я с ним в юридическом училище учился. Строит из себя государственного человека, а сам мошенник из мошенников. Вежливый такой, уговаривать умеет, без мыла в зад влезет. А судья кто?

– Некто Урбанович.

– Не знаю такого. Но раз он принял решение против тебя, это о многом говорит. Может, его подкупили? Может, жмет на тебя, чтобы ему еще дали? Сейчас мы это мигом выясним. О мужике по имени Фланко слышал?

– Соломон Фланко? Он же адвокат чикагской мафии.

– Соломон в курсе всего. – Пальцы Юлика забегали по кнопкам аппарата. – Фланко, – сказал он, когда междугородная соединила его с Чикаго, – это Джулиус Ситрин, из Техаса… У вас там есть судья по гражданским делам, Урбановичем зовут. Он берет? – Внимательно выслушав ответ, Джулиус сказал: – Спасибо, Фланко. Я еще перезвоню тебе. – Положив трубку, брат стал выбирать рубашку и остановился на спортивной. – Нет, Урбанович, похоже, не берет. Чтобы ни одного пятнышка на послужном списке. Хочет сделать карьеру по своей судейской части. Хитрый, бродяга, и ужас какой строгий. Раз он насел, не видать тебе денег как своих ушей. Спиши по графе «Убытки». Ну ничего, мы побольше наживем. У тебя что-нибудь отложено?

– Нет.

– И счета за границей нет? И своего человека в полулегальном бизнесе?

– Нет и нет.