— Да-а? — протянул он с подчеркнутым уважением. — Тогда, может быть, и чаю согреете?

— А чай еще горячий. Садитесь.

— Задобрить хотите?

— Зачем? Вы и так добрый… Просто хочу угостить вас. Чай у нас с вишневой корой.

— Это как же?

— А вот попробуйте.

Они по глотку отхлебывали чай и не отрываясь смотрели друг на друга. Первым не выдержал Федя:

— Сдаюсь. Не могу, когда долго смотрят в глаза.

— А я — пожалуйста. В детстве могла любого переглядеть. А вообще-то я… гений, — прошептала Анюта. — Честное слово. Только никому не рассказывайте.

Федя значительно поднял брови.

— Вы сочиняете? Драмы, симфонии?

— Нет, я просто гений. Вот смотрите, — Анюта медленно перевела взгляд на пустой стакан, в котором вдруг сама собой звякнула ложка.

Федя был поражен.

— Это что… вы?!

— Я это недавно в себе открыла, хотя еще в школе был случай… Однажды сижу за партой и думаю: «Сейчас откроется дверь, войдет наш завуч и скажет, что в космос запустили человека». Так оно и вышло. Это был Гагарин.

Ложка снова звякнула под взглядом Анюты. Федя захохотал и тут же зябко поежился.

— Потрясающе! Так вы гипнотизерша! Я вас начинаю бояться. А что вы еще можете?

— Так… чувствую, когда мне лгут.

— Значит, вас нельзя обмануть?

— Никогда.