— Так это вы тогда все не давали спать соловьям? — словно невзначай обронила она.

Мне показалось, что она спросила неспроста, а чтобы проверить, со мной ли действительно гуляла ночью ее дочь, и была довольна, что именно со мной, а не с другим. Я, видимо, сильно покраснел, когда встал на защиту Лины, однако от моего смущения мать сделалась еще приветливее.

— Ох, уж эти мне соловьи-соловьята, — вздохнула она, улыбнувшись.

Когда она вышла, я спросил у Лины, где ее отец. Лина вздрогнула. Печаль Промелькнула в ее глазах.

— Не спрашивай меня об отце. — И, помолчав, через силу добавила: — Нет у меня отца… Вообще-то он есть, но у меня его нет…

И она поведала мне о том, что разрушило счастье семьи. Это случилось, когда Лина начала ходить в школу. Отец ее был режиссером. Жили они в достатке. По словам Лины, отец любил маму. Но однажды, поехав в Харьков готовить спектакль, не вернулся, остался у другой.

Поступок отца меня возмутил. Я даже представить себе не мог, как это можно: полюбить женщину; жениться, иметь ребенка — и оставить их. Это казалось преступлением.

— Не вспоминай о нем при маме! — предупредила Лина. — Он причинил ей слишком большое горе…

Переживания Лины передались и мне. И когда потом мать угощала меня, я поглядывал на преждевременно увядшее лицо ее и проникался к ней сочувствием. Мне хотелось как-то отблагодарить ее за внимание, чем-то утешить.

После обеда в кухню вместе с матерью на минутку вышла и Лина. А вернувшись, нежно прильнула ко мне:

— Ты маме очень понравился. О, как я счастлива!..

И запрыгала от радости по комнате.

— А может, и ты станешь таким? — спросила она вдруг.

— Таким? Что ты, Лина!

В эту минуту я готов был поклясться, что своей любимой никогда никакой обиды не причиню.

— Ох, знаем мы вас, — как женщина, познавшая мужскую неверность, вздохнула Лина. И, задумчиво глядя в окно, покачала головой: — Мужчины все эгоисты.

Я обиделся. Но она опять прижалась ко мне, счастливая, тихая.

— Нет, нет, ты не такой. Совсем не такой, как другие. Ты необыкновенный. Я верю тебе, верю!.. — И хитровато прищурила глаза: — А ты ревнивый?

— Не знаю.

Я и в самом деле еще не знал, ревнивый я или нет.