Словом, работы хватало. И однако же, в разгар наивысшего напряжения рабочего дня, выбрав минуту, он берет телефонную книгу.

— Алло! Товарищ Мартиросян? Извините, вы не из Карабаха?

— Нет, не из Карабаха. Не удостоился такой чести. А что такое?

— Да ничего. Думал, земляк, хотел порадовать вас.

— Порадуйте, не стесняйтесь. Приятные вещи полезно знать не одним карабахцам.

— Видите ли. Мне трудно вам объяснить. Приехал товарищ из Карабаха, привез два мешка мотала, норшенского сыра…

— Спасибо, товарищ, за внимание. Правда, я не из Карабаха, но про Норшен прослышал и о его сыре тоже. С удовольствием куплю, если это можно. А по какому адресу обращаться?..

— Не стоит благодарности. Запишите…

Снова палец бежит по страничкам телефонной книжки, отыскивая армянскую фамилию.

— Карапетян? Из Карабаха? Ну, вам-то объяснять нечего. Хватайте ведра и бегите по адресу… Сыра немного, поторапливайтесь, можете опоздать.

Таким манером Рубен звонит по многим адресам.

— На сегодня, кажется, хватит, — кладет он трубку и снова уходит с головой в свою неброскую, хлопотную работу.

На другой день еще десять — двенадцать человек посылает с ведрами по адресу Хачатура. И только через пяток дней Рубен является посмотреть на свою жертву. Хачатура он застает с перевязанной головой, зеленого от злости.

— Что с тобой, брат Хачатур? На тебе лица нет. Не болен ли? — Рубен садится рядом и участливо кладет руку ему на лоб.

Присутствие Рубена всегда успокаивающе действует на Хачатура. Через минуту он обмякает, рассказывает о своей беде, о паломничестве к нему любителей норшенского мотала.

— Узнать бы, кто это сотворил, голову бы оторвал, — искренне сокрушается Рубен.

К слову сказать, этот приезд Хачатура оказался очень урожайным для Рубена. Сокрушаясь, понося сотворителя сырного паломничества, Рубен узнает, что Хачатур в Норшене не баклуши бил, электрифицировал соседнее село, Чартар, работая там и за топографа и за монтажника, и за всю проделанную работу ни копейки не взял.

Проходит время, история с моталом забывается. И вдруг в поздний час в квартире Погосбекяна резко звонит телефон. Хачатур берет трубку.

— Алло! Слушаю.

— Дядя Хачатур, это вы?