— Не говорите глупостей, Асирьян.

— Нет, правда, товарищ прапорщик. Он первый раз утоп, его откачали. Он на другой день опять утоп. Его опять откачали… Через неделю он снова утоп, и уже бесследно. В тот день «бормотуху» в магазин завезли. От нее никто не всплывает.

— Шутник вы, Асирьян, — вздохнул Ерофеенко.

— Нет, правда… А у того сапожника еще любимая песенка была. Он ее жене пел… Коль не купишь «бормотухи», я уйду к другой старухе…

— За завтраком вы со мной пойдете, — сказал Ерофеенко. — Это точно.

Асирьян улыбнулся. Ему, разумеется, не хотелось тащить на себе термос с кашей. Но, увы, приказы не обсуждают.

Позиция, которую занимала рота, находилась на значительном удалении от дороги, куда подходили полковые кухни. Кормить же солдат горячей пищей, по крайней мере, два раза в сутки при таких морозах нужно было обязательно.

Каждый взвод выделял по два человека. И они, став на лыжи, под командой Ерофеенко уходили к пищеблоку.

Конечно, Ерофеенко мог вместо себя направить кого-нибудь из сержантов, но прапорщик по старой солдатской привычке не очень доверял поварам. Считал необходимым лично проследить, чтобы норма, положенная роте, была выдана сполна.

3

— Ваш полк я по-прежнему буду держать в резерве, — сказал генерал, повернувшись спиной к карте. Генерал был молодой. Служба давалась ему легко. Это было заметно сразу.

«Он в сорок лет стал командовать дивизией, — подумал Матвеев. — Да и полком командовал всего три года. За три года не прирастешь душой к солдату. А гарнизон не станет родным домом».

— Я люблю иметь надежный резерв, — продолжал генерал, строго глядя в глаза Матвееву. От генерала пахло каким-то тонким одеколоном. Запах этот раздражал Матвеева, который предпочитал всем одеколонам «тройной», да и тем пользовался лишь после бритья.

— Ваш полк надежный? — В голосе генерала был вопрос.

— Безусловно, товарищ генерал, — уверенно ответил Матвеев и почувствовал легкое головокружение. Скорее всего от жары. Машины штаба дивизии стояли на площади перед сельской школой. Но сам генерал занял домик, на котором Матвеев, поднимаясь по ступенькам, прочитал вывеску: «Районное отделение Союзохоты».

— Это хорошо, что безусловно, — заметил генерал. — Потому что условия могут возникнуть самые неожиданные.

— Я понимаю вас.

Генерал прошел к маленькому столу, похожему на школьную парту, где ничего, кроме телефона, не стояло. Сел на край стола. Спросил:

— Полковник Матвеев, вам не тяжело переносить полевые условия?

«Трудный человек, — подумал Матвеев. — Все-таки людская молва не всегда обманчива. Как только слух о назначении дошел до дивизии, уже все знали — умный, грамотный, но подозрительный и жестокий».