— Давал, только из другого мешка.
— Будет вам, ребята, — остановил перебранку Виктор Афанасьевич. Теперь стало понятно, почему заболели не все лошади. Оставив присматривать за лошадьми Плетнева и Пашку, Виноградов с Вагановым и Сашкой ушли после завтрака вниз по реке.
Когда они вечером вернулись в лагерь, узнали, что четыре лошади из десяти пали.
ГЛАВА ТРИНАДЦАТАЯ
Отряд оказался в тяжелом положении. Осталась одна вьючная лошадь, а груза было много. Теперь, чтобы двигаться дальше, пришлось бы завьючивать верховых, а кому-то идти пешком. Это затормозит продвижение разведчиков, ибо, как говорится в пословице, пеший конному не товарищ. Но пока Виноградов не собирался переносить лагерь.
Каждый день разведчики поднимались с рассветом, торопливо съедали приготовленный Ксюшей завтрак, брали инструмент и уходили до обеда. Работали неподалеку. После обеда снова работали дотемна. Лишь ненастье удерживало их в лагере, но ненастные дни случались редко. Июльские дожди налетали внезапно. Тучи, клубясь, быстро затягивали небо, пряча за собою солнце, разбрасывали зелено-белые молнии, оглушали раскатами грома и, хорошенько намочив тайгу, уплывали дальше. Потоки воды устремлялись в низину. Речка на глазах вспухала, мутнела, ее веселый говорок переходил в сердитое ворчание. Вода, покрытая желтоватой пеной, тащила обломанные ветки, тяжело ворочала прибрежные камни.
Иногда дожди бывали затяжные, на весь день. Ругая погоду, Виноградов был вынужден отсиживаться в палатке. Проверял записи, что-то высчитывал, рисовал планы, а иногда, отшвырнув тетради, заваливался спать. Просыпаясь, спрашивал, не перестал ли дождь, и, если не получал утвердительного ответа, поворачивался на другой бок. Плетнев и его дядя много спать не умели и во время вынужденного сидения в палатке вели неторопливые разговоры, вспоминая прожитые годы, родных и близких.
Сашка и Пашка помогали Ксюше приводить в порядок хозяйство отряда, чинили сбрую, строгали черенки к лопатам и успевали делать много других полезных дел. Ребята, как и уверяла их мать, не боялись никакой работы, за все брались охотно, проявляя ловкость и смекалку.
Ксюша в ненастные дни шла в большую палатку. Здесь было веселее, всегда находилось какое-нибудь занятие. В отряде никто ни разу не заболел. Походная аптечка оставалась не тронутой. Лишь однажды Пашка переусердствовал и нечаянно порезал палец. Девушка немедленно взялась за паренька: обильно смазала порез йодом и забинтовала. Ксюша была недовольна собой. Не так она представляла жизнь в отряде. Ее взяли как медика и по наивности девушка считала, что в основном будет заниматься врачеванием, а вместо этого приходилось готовить завтраки и обеды. Все в отряде относились к ней ласково и с уважением, Ваганов величал дочкой, Сашка и Пашка были услужливы, и лишь начальник отряда почти не замечал ее. Но она не обижалась, видя, как самозабвенно работает инженер. Она только по-прежнему требовала, чтобы он не забывал следить за собой.