Давно так много не шутили и не улыбались члены бюро, как на этом заседании.

2

Когда все разошлись, в кабинет Чапчаева вошел, опираясь на палку, невысокий, плотного сложения человек с редкими зачесанными назад русыми волосами, положил перед ним корреспонденцию за последнюю неделю, хотел было идти, но председатель остановил его вопросом:

— Что здесь неотложное?

— Три дела мне показались наиболее важными. Они в папке сверху, — ответил секретарь.

Чапчаев, пробежав глазами два письма, тут же написал, кому из руководителей отделов ими заняться. В третьем письме замелькали знакомые фамилии. По ходу чтения Араши ронял фразы, понятные Вадиму:

— Из Шорвинского улуса… По поводу исключения из партии Нохашкина Церена. Да тут целая пачка бумаг… Докладная записка улусного прокурора… Дела!..

— Исключение из партии Церена? — изумился Вадим.

— Протокол на девяти страницах, — покачал головой Чапчаев… — Постой-ка, мне говорили, что вчера из улуса вернулся товарищ Оркчинский…

— Совершенно верно, — подтвердил секретарь.

— Срочно пригласите ко мне Олега Лиджиевича! — распорядился Чапчаев. Секретарь вышел.

— Ну, что ж, Вадим, давай вместе разбираться. Читай! Я страницу, ты страницу…

Картина, обрисованная протокольными фразами официальных бумаг и дополненная рассказом пришедшего в кабинет Оркчинского, была мрачной. Под Церена кто-то подкапывался — хитрый и беспощадный…

После изгнания из Шорвинского улуса белогвардейцев Церен командовал взводом охраны. Это было нечто подобное улусной милиции, до организации специальной службы ЧОНа по защите населения от банд. Потом взвод усилили до сотни бойцов. Вскоре, после окончательного утверждения на местах Советской власти, в улусе была создана своя партийная организация. Ответственным секретарем ее избрали Кару Кандуева, ранее работавшего председателем исполкома. В председатели исполкома был выдвинут Нохашкин, причем на эту должность землякам рекомендовал Нохашкина сам Араши Чапчаев. Правда, когда решался вопрос, Кандуев решительно возражал против кандидатуры Нохашкина, предлагая в председатели Доржи Даганова. Но коммунисты улуса отдали предпочтение Нохашкину.

В начале мая, еще до выборов Церена Нохашкина в председатели исполкома, восемь вооруженных всадников проникли на территорию области с другого берега реки Сал, саблями и выстрелами разогнали людей ближнего хотона, угнали целое стадо коров. В одном из аймаков по пути сожгли здание исполкома. Табунщики приметили: один из восьми всадников был в поношенной офицерской форме, без погон. Люди слышали, что налетчики обращались к своему главарю, называя его то господином капитаном, то господином полковником. Нашелся даже старик, слышавший фамилию главаря, вскользь произнесенную его сообщником: Жидов или Житкин… В Шорвинском исполкоме сразу поняли: речь идет о сынке бывшего скотопромышленника Жидкова.