Женщины завздыхали.

— Наша уважаемая Алла Трофимовна покидает свой пост в связи с переходом на другую работу, а именно в Министерство торговли…

Владлен Максимович сделал передышку, чтобы женщины выразили свое отношение к этому факту. Но долго проявлять чувства не дал. Сожалительные возгласы и поздравления прекратил поднятой рукой и громким голосом:

— Заменить Аллу Трофимовну на ее посту мы должны человеком, выдвинутым из наших рядов. В этом выражается доверие к нашему коллективу, и мы обязаны его оправдать. Поэтому кандидатуру надо подбирать, руководствуясь деловыми и моральными качествами. Принимая во внимание опыт и стаж работы.

Перенимая у него эстафету, выдвинулась вперед Алла Трофимовна:

— Имеются у нас кандидатуры — всем известная Антонина Васильевна и Люба Онина. Обе работают по десять лет, обе грамотные, знающие дело. Антонина Васильевна постарше, и общий стаж у нее выше. Теперь желательно, чтобы высказались товарищи по работе.

— Рассчитываем получить ваше добро! — добавил Владлен Максимович.

— Чего уж, ладно, мы согласны, — заговорили женщины, поглядывая на Антонину Васильевну, отчего она смутилась, невольно улыбнулась и закрыла рукой рот.

Но Алла Трофимовна постучала карандашиком по столу, призывая к порядку. И все, привыкшие к этому порядку, приготовились ждать.

Выступила молодая работница Ниночка и рассказала, какая Антонина Васильевна чуткая и как она помогает начинающим.

Ее никто уже не слушал, потому что главный вопрос был решен. И когда Люба вдруг сказала: «И я хочу, разрешите мне», — все стали кричать: «Хватит, довольно, вопрос ясный». И сам Владлен Максимович уже отшатнулся от стола. Но Люба сказала твердо:

— Нет уж. Я должна как человек принципиальный.

Тогда женщины замолчали, а Люба оглядела всех и втянула в себя воздух.

— А, это которая пальцы перевязывает, — одобрительно кивнул директор.

— Онина это, — пояснила Алла Трофимовна.

— Онина, — подтвердила Люба. — Я, знаете, привыкла в нашей жизни правду говорить. Может быть, вы не так подумаете, что я за себя стараюсь, так меня можете не назначать. Но я за правду стою. Хотя мы с Антониной Васильевной столько лет вместе работаем и я ее уважала, как мать, но я решилась… — Люба поджала губы и развела руками, — решилась, ничего не поделаешь!

— Говори, Онина, для этого мы и собрались, — позволила Алла Трофимовна и оценивающе посмотрела на Любу.

«Поспешили мы, пожалуй, — подумала она, — Онину бы на мое место. Моложе, представительней, приоденется еще. Кабинет заведующей — витрина отдела».

— Вот тут сказали, что человек должен быть строго моральный. А вы, — Люба повернулась к Антонине Васильевне, — простите меня, конечно, какой пример можете показать нашему молодому поколению, когда каждый выходной играете в азартные игры? Азартный человек над собой не волен, это уже известно. Его на все можно толкнуть…