Подчеркнуто невозмутимый Коркоран вошел последним и закрыл дверь.

Карр не стал даром терять время. Его тяжелое лицо побагровело, на шее выступили набухшие вены, он выглядел как человек, которого гнев толкает на поспешные действия. За одну секунду его высокомерный взгляд обежал помещение и остановился на Харви.

– Мэри Филдинг в этом доме, – заявил он. – Я пришел, чтобы ее забрать.

Харви молчал, устремив на агента твердый взгляд. После долгой паузы спросил:

– Откуда вы знаете, что она здесь?

– Во вторник она покинула своих друзей в Оротаве. Вела себя странно – очевидно, была нездорова. На следующий день ее видели в Санта-Крусе, она расспрашивала, как добраться до Лагуны. Мы знаем, что она наняла коляску до Лос-Сиснеса. А прошлым вечером мы получили достоверную информацию от женщины по имени Мануэла, что английская сеньора, больная лихорадкой, находится в этом доме. Я уверен, это Мэри Филдинг. Теперь вы удовлетворены? Со мной доктор и крытая повозка. Я собираюсь увезти больную.

Харви перевел взгляд на испанца.

– Вы врач? – вежливо спросил он.

– Si, сеньор. – Желтый человечек сдвинул вместе остроносые ботинки и примирительно отвесил поклон. – Аптекарь, получил в Севилье диплом с отличием. И ношу написанные рекомендации от многих почтенных семейств, которые я пользовал.

– Прекрасно! – сказал Харви. – Дипломированный аптекарь с отличием и рекомендациями. Очень хорошо. – Его задумчивый взгляд переместился на Карра. – И вы собираетесь ее увезти?

Лицо агента побагровело еще сильнее.

– Я уже сказал это один раз, – отчеканил он, – и не намерен повторяться. Где она? В какой комнате? Я иду туда немедленно.

– Нет, – возразил Харви все тем же ровным тоном, – вы туда не пойдете. И вы ее не увезете. Она пришла сюда по доброй воле. И сейчас она больна, отчаянно больна. Вы поняли? И ваш врач, он же аптекарь, не будет ее лечить. Это буду делать я, здесь, в этом доме.

– Вы! – оскалился Карр. – Я все про вас знаю. С того момента, как мы познакомились, я наводил о вас справки. Я не доверил бы вашим заботам даже собаку. Да еще здесь! Что это за место для больного человека? У вас нет ни медсестры, ни лекарств, ничего.

Харви вперил в него бесцветный, холодный взгляд:

– Медсестра у меня есть. Я знаю, что делаю. И заявляю: это безумие с вашей стороны – пытаться увезти больную. Ее нельзя перемещать, пока кризис не минует. Ваш испанский друг подтвердит, что я прав.

Маленький аптекарь, услышав этот призыв к своей компетентности, опустил сумку, робко и уклончиво пожал плечами.

Карр этого не заметил. Вид у него был угрожающий, вытаращенные глаза не отрывались от Харви.