– Ваш брат! – бросил он. Его жесткие губы раздвинулись, и он издал невыразительный смешок. – Вам нужен ваш брат. Чтоб мне провалиться, ну разве это не прекрасно? Да, мэм, я бы сказал, что это просто прекрасно.

Его поведение испугало Сьюзен больше, чем когда бы то ни было. У нее не оставалось никаких сил, чтобы противостоять этим измывательствам. Нет-нет, совершенно никаких сил.

– Перестаньте! – вскричала она. – Он наверху? Вышел из дома? Быстро скажите. Я должна знать, где он.

– Ах вот как, вы должны знать! – Он оскалился с дьявольской учтивостью. – Вы действительно должны знать. Ну и ну, просто здорово! Леди, сестре миссионера, позарез надо знать, где ее братец. С этим не поспоришь.

И вдруг манеры плантатора изменились, он прогремел трубным голосом, в котором звучала горечь:

– Если вы так хотите знать это, то я вам скажу! Он ушел! Да, сбежал, как последняя крыса, по-другому его и не назовешь. С того дня, как вы ушли, носа не показывал. Удрал от меня в Санта-Крус. Вот туда он двинулся, вот где поселился. Он там поселился, говорю вам, преет уже который день в этом вертепе.

Сьюзен побелела. Она ничего не понимала.

– В Санта-Крусе? – ахнула она. – Что он… что он там делает?

Жестокий, глумливый смешок Роджерса снова прозвучал как пощечина.

– Вот как, вам и это хочется знать. Вашим требованиям нет конца, как я погляжу. Но вы ведь заслуживаете всяческого внимания. Конечно, еще как заслуживаете. Вы с братом долго-долго ехали, чтобы принести спасение в эту юдоль греха. Да, мэм, отличный пример для местного народца и ваших соотечественников – вы привезли слово Божье. Доброе слово самого Господа. – Он погладил лежащую перед ним книгу, и в этом прикосновении драматизм смешался с нежностью.

Сьюзен пришла в безграничный ужас. В этом уединенном доме она столкнулась с его обезумевшим хозяином, а вокруг выл ветер, хлестал дождь, рокотал гром… Но самым пугающим было загадочное отсутствие Роберта.

Она приоткрыла рот, чтобы заговорить, но Роджерс вдруг закричал:

– Молчите! Больше никаких вопросов. Я вам скажу, куда он делся. Он отправился в ад, вот куда. Я с самого начала догадался, что он прогнил насквозь. И теперь, клянусь небесным воинством, я знаю это точно. Он в Санта-Крусе предается распутству в притоне этой особы Хемингуэй. Я видел все своими глазами. Говорю вам, я пошел туда, чтобы выяснить, где он. И увидел его там, погрязшего в похоти, лежащего на грязной груди продажной девки.

Услышав последние слова, обрушившиеся на нее, как камнепад, Сьюзен отшатнулась. Но взяла себя в руки и бросилась на защиту брата в инстинктивном порыве отрицания.