* * *
А между тем Гарри кричал что было мочи.
Он приземлился в кусты дрока на выступе утеса. Все кололось, из руки шла кровь, но он все же сумел встать на ноги. Он находился на узком карнизе над пустотой. Внизу – пятнадцать метров вертикальной скалы и бушующее море.
Гарри сел как можно дальше от края (недостаточно далеко, на его вкус).
Он убедился, что коробочка из-под «Тик-така» по-прежнему при нем. Розетта помахала ему усиками. Он поискал ее взгляд. Трудно посмотреть в глаза таракану. Они все время опускают голову. Наверно, робеют.
– Покричать еще? – спросил он ее, слизывая кровь с руки.
Птицы завели вокруг него возмущенную сарабанду. Что делает этот непрошеный гость на
– Извините, – сказал непрошеный гость. – Я бы и рад не быть здесь.
Внизу три лысые головы скрылись за поворотом прибрежной тропы.
Гарри снова начал кричать. Он надрывался довольно долго. Иногда ему казалось, что он кричит как Тарзан, иногда – как Джиллиан Мур, когда ее кусает вампир в «Клонах Дракулы». А иногда – как чайка с серыми перьями, которая хохотала, приземляясь на соседний карниз.
Никто его не слышал.
У него закружилась голова, и он теснее прижался к скале. Он боялся пропасти, боялся наклониться, боялся оцарапаться о колючки.
Чтобы успокоиться, он рассказал Розетте сказку «Рике-хохолок».
9 The trouble with Harry[54]
9
The trouble with Harry[54]
Шарли рывком выпрямилась, подняв вверх щетку для волос:
– Что приготовим на обед?
Она вернулась в прежнюю позу, согнувшись пополам на солнце, на бетонном квадратике три метра на три, гордо именуемом «террасой». Вниз головой она смотрела на Женевьеву, сидевшую за столом в гостиной в темном прямоугольнике застекленной двери.