– Да?

Снова молчание.

– Как он выглядел?

– Нормально.

– Счастливым?

– Нет, я бы не сказала.

– Несчастным?

– Тоже нет. Ни то ни другое.

– Спрашивал про нас?

– Да. Но про тебя я ничего не сказала. Боялась что-нибудь ляпнуть.

Она моя родственница. Женевьеве очень хотелось повторить это сестре. Но как объяснить, в каких обстоятельствах это было сказано? И она промолчала. Шарли вздохнула, держась за ручку двери.

– Спокойной ночи. Если я еще раз разбужу тебя из-за таких глупостей, ты имеешь право встретить меня оплеухой.

Она вышла. Женевьева прислушалась, дождалась скрипа, говорившего о том, что Шарли закрыла свою дверь, и зажгла свет. Тем временем Виго в закрытой кровати успел одеться.

– Ты уходишь? – удивилась Женевьева.

Он сел на край кровати, чтобы надеть и зашнуровать ботинки. Достал из кармана сигареты, закурил. Сделав бесконечно долгую затяжку, передал сигарету Женевьеве. Она покачала головой.

– Ты не куришь?

– Однажды пробовала.

– Ну и?

– Целый утес упал мне на голову.