– Давай-ка его суды.

Через некоторое время ввели в царскую палату связанного Разина. Он был плох. Сперва не узнал царя… Потом вгляделся – узнал. Приосанился сколько мог.

– Здравствуй, царь! – сказал весело.

– Выдь, – велел царь дьяку.

Тот оторопело помедлил… вышел. И стал за дверью.

– Ну? – молвил царь. – Царем хотел быть?.. В Москву-то шел.

– Эва! – притворно-скромно удивился Степан. – Куды мне!.. Мне вот глянуть на тебя перед смертью – и то радость великая.

Царь угадал притворство пленника.

– Не умаляйся, Стенька, не умаляйся. Хотел, мне сказывали.

Начался странный поединок: кто кого ухватит за душу.

– А – садись! – воскликнул вдруг Алексей Михайлович. – Ну! Что ж, так и не попробуешь! Садись. Вот тебе стула моя. А я буду холопом у тебя – как ты хотел. Давай-ка сыграем в комедию… Как у меня немцы игрывают.

Степан сел в удобное кресло.

– У меня казаки тоже игрывали… Только связанные-то цари бывают ли? Или холопы такие трусливые?

– Не гневись, батюшка-царь, посиди уж так, – продолжал несколько суетливо играть Алексей Михайлович. – Ну, что ж ты, царь-государь, перво-наперво сделал бы в своей державе?

– Наклонись-ка, я негромко скажу. А то изменников кругом…

Царь наклонился к Степану. Тот что-то сказал ему. Алексей Михайлович выпрямился, отступил несколько и начал лупить Разина посохом по плечам и по голове. Разин склонил голову и сносил удары.

– Когда надоест – скажи, – попросил он.

Царь перестал драться.

– Вот, царь, – назидательно подытожил Степан, – ты и холопом-то минуту был, а уж взбунтовался. Как жа всю жизнь-то так жить?

– Сколько душ загубил, злодей? – Царь опять замахнулся посохом. – Где грабленое спрятал?