— Этого легко достичь, — сказала Эрин, вновь пригубив вина. — Ваш друг знаком с аспирином? Ему нужно всего лишь проглотить немного аспирина.

— Аспирин, — онемевшим языком повторил Дэнни.

Перед глазами всплыл бардачок Кетчумова пикапа, как будто дверца до сих пор оставалась открытой и Дэнни еще не успел протянуть руку и закрыть ее. А внутри лежал револьвер и большая пластиковая банка с аспирином.

— И то и другое — из болеутоляющих средств, — почти два месяца назад говорил ему Кетчум. — Когда мотаешься по дорогам, без этого никак.

Дэнни тогда ничего не заподозрил. Револьвер — понятное дело при маниакальной любви Кетчума к оружию. А аспирин? Тоже понятно: старый сплавщик предпочитал простые, проверенные временем средства.

— Аспирин частично блокирует процесс образования тромбоцитов, — словно на лекции в колледже, продолжала доктор Рейли. — Если хотите более подробное объяснение — аспирин не дает крови свертываться. Вашему другу достаточно проглотить пару таблеток аспирина, и кровотечение будет продолжаться значительно дольше, уменьшая его шансы на спасение. А если он действительно хочет умереть, можно растворить аспирин в выпивке. Это два разнородных механизма, но результат их действия одинаков. Между аспирином и алкоголем возникает синергия, и тромбоцитам уже не сцепиться. Никакой «затычки». В этом случае ваш друг, лишившийся руки, обязательно умрет.

Эрин умолкла, заметив, что Дэнни оцепенело глядит в тарелку и ничего не ест. Кружка с пивом оставалась почти полной.

— Дэнни, — осторожно тронула его за рукав Эрин. — Простите меня, пожалуйста. Я не знала, что этот ваш друг существует на самом деле. Мне он показался персонажем вашего романа. Я подумала, что он вам симпатичнее остальных персонажей, потому вы и называли его другом. Еще раз простите.

В тот вечер Дэнни не шел, а бежал домой, возвращаясь из ресторана. Ему не терпелось позвонить Кетчуму. Вечер в Торонто был холодным. В округе Коос, наверное, уже выпал снег.

Факсы Кетчума стали редкими. Он и звонил теперь редко; чаще Дэнни сам ему звонил. В тот вечер писатель несколько раз набирал номер Кетчума, выслушивал целую серию длинных гудков и вешал трубку. Можно было бы позвонить Норме Шесть, но Дэнни не знал ее фамилии. Он вдруг поймал себя на том, что так и не выяснил, чем же является слово «Кетчум» — именем или фамилией.

Тогда он решил послать старому сплавщику факс и напрямую попросить у него номер телефона Нормы Шесть. Мало ли, вдруг ему понадобится срочно связаться с Кетчумом.

НЕЧЕГО ВСЕМ ПОДРЯД ЛЕЗТЬ В МОЮ ЖИЗНЬ!

Такой ответ пришел от Кетчума на следующее утро. Дэнни прочитал его, как только проснулся и спустился в кухню. После нескольких факсов и не особо приятного разговора с Кетчумом писателю все-таки удалось узнать номер Пам Нормы Шесть.