Позвонить ей Дэнни решился только в декабре. Разговор не клеился. Да, они с Кетчумом пару раз ездили полюбоваться лосиными танцами. («Смотрели, как лоси толкаются» — так обрисовала танцы Норма Шесть.) И на «привал» они ездили, но всего один раз. Как назло, пошел снег. Покалеченное бедро мешало ей заснуть, но даже если бы бедро ее не побеспокоило, храп Кетчума — отнюдь не колыбельная.

Дэнни несколько раз звонил старому сплавщику, уговаривая приехать на Рождество в Торонто.

— Может, и приеду, но, скорее всего, нет, — отвечал Кетчум, как всегда не желавший связывать себя никакими обязательствами.

Приближалось время, которое с некоторых пор будило в Дэнни самые худшие ожидания. Через несколько дней исполнится год, как убили его отца. Писателю не хотелось сидеть дома одному. Он заказал столик в «Поцелуе волка» и отправился туда ужинать. Дэнни пробовал думать о работе, но мысли разбредались. В этот момент к нему подошел неизменно учтивый и элегантный Патрис Арно.

— Дэниел, вас хотят видеть, — с непривычной серьезностью сообщил он. — Но лицо, желающее вас видеть, находится возле задней двери.

— И что же это за «лицо»? — спросил оторопевший писатель.

— Человек высокий, сильный, — тоном предсказателя судьбы продолжал Патрис. — Вряд ли из числа любителей литературы, и уж определенно — не из числа ваших поклонников.

— Но почему он стоит возле задней двери и не желает пройти в зал?

— Не он. Она. Она сказала, что не слишком хорошо одета, чтобы войти через парадную дверь, — ответил Патрис.

— Она? — переспросил Дэнни.

Как он тогда надеялся, что это Небесная леди!

— Я внимательно приглядывался, — пожал плечами Патрис. — Это явно женщина.

Первым высокую женщину, забредшую на Краунс-лейн, куда выходила задняя дверь ресторана, заметил одноглазый Педро. Он учтиво проводил ее до нужной двери. Педро — в прошлом Рамзи Фарнхэм — сказал Норме Шесть:

— Даже если у них в меню и нет тушеной фасоли, в это время года они ее часто готовят. Рекомендую попробовать.

— Я пришла не за халявной кормежкой, — сказала ему Норма Шесть. — Я ищу парнишку по имени Дэнни — знаменитого писателя.

— Дэнни не работает на кухне. Это его отец работал, — пояснил одноглазый Педро.

— Знаю. Просто мне сподручнее с черного хода. А то тут слишком уж шикарное заведение.

Бывшего Рамзи Фарнхэма слова незнакомки на мгновение перенесли в прежнюю жизнь.

— Не такое уж оно и шикарное, — презрительно поморщился одноглазый.

Помимо снобизма, остававшегося в его генах, Рамзи до сих пор возмущала перемена рестораном своего названия. «Поцелуй волка» по-прежнему ассоциировался у него с порнофильмом, которого ни одноглазый Педро, ни кто-либо другой никогда не видел.