Чтобы разобраться в сложных отношениях Я с разными психическими процессами, Фрейд прибегает к понятию Оно, которое он заимствовал у Г. Гроддека (Groddeck, 1923). Для Фрейда Оно является «большим резервуаром влечений» и «страстей», где царит принцип удовольствия, который там заступает на место принципа реальности. В отличие от Гроддека Фрейд считает, что Я не претерпевает пассивно атаки Оно, а пробует их обуздать, как это сделал бы всадник, который должен укротить своего скакуна: «Так же как всаднику, не желающему расстаться с лошадью, часто не остается ничего другого, как направить ее туда, куда она хочет бежать, так и Я имеет обыкновение претворять в действие желания Оно, как если бы это были его собственные желания» (p. 237 [270]).

 Сверх-Я (или идеал Я)

Существует еще одно проявление бессознательного – это бессознательное чувство вины, которое мы наблюдаем у многих невротиков в форме излишней самокритики и мук совести. Фрейд приписывает его происхождение особой инстанции, которую он называет идеалом Я, или Сверх-Я, и которая вступает в конфликт с Я.

Каково же происхождение этих двух инстанций – Я и идеала Я, или Сверх-Я? Фрейд выдвигает гипотезу о том, что они основаны на процессах идентификации и что с этой точки зрения можно выделить два типа идентификации. В начале жизни, как он показал в работе Массовая психология и анализ человеческого Я (1921с), невозможно отличить идентификацию от катексиса объекта, так что «любить объект» эквивалентно «быть этим объектом». Иначе говоря, примитивные идентификации – это нарциссические идентификации, при которых сексуальный объект вводится в Я согласно механизму меланхолической интроекции, «это позволяет сделать вывод, что характер Я является результатом оседания катексиса оставленных объектов, что Я вмещает в себя историю выбора объектов» (р. 241 [241]). Эти первые идентификации ведут себя как особая инстанция в Я, восстают против Я как Сверх-Я, или идеал Я. Когда Я становится сильнее, появляется более развитая форма идентификации, Я удается различить любовь и идентификацию и оно становится способно отказаться от сексуальных целей и инвестировать свои эдипальные объекты сублимированным нарциссическим либидо, по-прежнему идентифицируясь с отдельными чертами их личности: «КогдаЯ принимает черты объекта, оно предлагает, так сказать, само себя в качестве объекта любви, оно пытается заменить для Оно утерянный объект, говоря: „Ты можешь полюбить и меня, видишь, как я похоже на объект“» (р. 242 [274]). В примечании от 12 июля 1938 г. Фрейд кратко изложит разницу между этими двумя процессами идентификации: «Иметь и быть у ребенка. Ребенок очень любит выражать объектные отношения при помощи идентификации: я – объект. Иметь – это последующее отношение, которое появляется после потери объекта. Модель: грудь. Грудь – часть меня, я – грудь. И только позднее: я это имею, следовательно, я этим не являюсь…» (1938, р. 287).