На пятом-шестом курсе меня еще очень увлекли два предмета: хирургия и психиатрия (в ее рамках впервые нам читали хотя скромный, но все же курс медицинской психологии). Я всерьез хотела стать детским хирургом, активно занималась на хирургии. И забавно, что именно на пересечении этих практически непересекающихся направлений медицины я впервые услышала пророчество, что быть мне психотерапевтом.

Так получилось, что мы на хирургии присутствовали на поликлинической операции вскрытия панариция на большом пальце ноги, идущей под местной анестезией. И пока все сгрудились вокруг ноги пациентки, чтобы смотреть ход манипуляции, я заметила, что она ужасно нервничает, стала у изголовья, отгородила ее собой от студентов и хирурга и стала с ней разговаривать. Заговаривала зубы, как могла (слышали, наверное, что слово «врач» происходит от древнерусского «врати» – т. е. уметь говорить, «заговаривать» болезнь).

Как раз рассказывала о своем интересе к хирургии, психиатрии и психотерапии и выборе между ними в будущем. Если учесть, что это действительно было достаточно болезненное вмешательство и анестезия там очень слабая, то комплимент, который я получила в результате, считаю, был мною заслужен и хорошо запомнился. Моя «психотерапевтируемая» и одновременно оперируемая пациентка по окончании процедуры удивленно произнесла: «А я ведь забыла, что боялась, и почти не чувствовала боли! Доктор, не надо в хирургию, идите в психотерапию! У вас дар помогать людям словом!»