Глава 11
Беседы о нашем разделенном обществе
Различные голоса и мнения всегда присутствовали в демократических странах мира. Становится все меньше всеми признанных фактов и люди, которые придерживаются различных идеологий, все больше отдаляются друг от друга. В результате в семьях, члены которых придерживаются радикально противоположных взглядов, праздники вроде Нового года и других семейных встреч могут оказаться довольно болезненными, или же семья общим решением может просто запретить политические дискуссии в стенах дома.
Больше, чем масштабы разногласий, нас как родителей тревожит яростный характер риторики. Нагнетание страха среди политиков и других лидеров достигло колоссального уровня, который многие поколения прежде не могли и представить. Десять лет назад я и подумать не могла, что расистские организации, такие как «Ку-клукс-клан»[25], осмелятся показать свое лицо в Вашингтоне в нашем новом веке, не говоря уже о широких платформах и ретвитах избранных должностных лиц! Благодаря (
Окруженные злобой и враждебностью, как мы, родители, можем научить наших детей чувствовать себя в безопасности и действовать ответственно и разумно, когда при открытии этих приложений или включении телевизора они могут невольно зачерпнуть бортом своего корабля спокойствия волны чужой ненависти, агрессии и страха? Нам трудно обсуждать с ними разобщенность внутри общества, потому что, как и в случае с эмоциями в целом, наши собственные чувства и мнения могут помешать детям сформировать их чувства по отношению к этой проблеме.
Мы хотим, чтобы наши дети разделяли идеи или создавали собственные и несли их в мир, пропускали мнения и факты через фильтр своих личных ценностей (в том числе и тех, которые они усвоили от нас)! В конечном счете это позволит им создавать собственный путь и историю жизни. Но как мы можем помочь им с фильтрацией? Как помочь им отличить и отсортировать фейковые новости, выявить надежные источники и отличать факты от мнений? И что произойдет, если они примут идеи, которые существенно отличаются от наших; особенно те, которые действительно далеко «за гранью»: крайние или радикальные взгляды?