Подобное ощущение чем-то скрытого, находящегося за пределами обычного восприятия того, что бросается в глаза, было свойственно Юнгу с детства. Оно сопровождало его всю жизнь до самой старости. И именно оно привело его к одиночеству.

Будучи ребенком, Юнг ощущал свое одиночество, поскольку ни его сверстники, ни учителя, ни родители не понимали того, что с ним происходило. Он оставался одиноким и в более зрелые годы, так как его идеи о коллективном бессознательном и архетипах были настороженно восприняты многими учеными. Одиночество не покидало Юнга и в старости, когда его размышления об алхимии и синхронистичности вызывали у многих людей настороженность.

Все это не означало, что Юнг чурался людей и замыкался исключительно в себе. Он был по-своему общительным человеком и, читая лекции, встречаясь со студентами и коллегами, стремясь донести до них свои сокровенные идеи, естественно, нуждался в человеческом общении.

Поясняя специфику и смысл соотношения между одиночеством и общением, Юнг писал:

«Одиночество происходит не от того, что никого нет рядом, но от невозможности донести до других то, что тебе представляется важным, или от того, что никто не разделяет твоих мыслей. Мое одиночество началось с опыта моих ранних сновидений и достигло своей высшей точки, когда я стал работать с бессознательным. Тот, кто знает больше других, становится одиноким. Но одиночество вовсе не исключает общения, ибо никто так не нуждается в общении, как одинокий человек, и общение плодотворно там, где каждый помнит о своей индивидуальности, не идентифицируя себя с другими».

С точки зрения Юнга, предчувствие чего-то неизведанного всегда важно для человека. Это – своего рода тайна, которая, с одной стороны, подталкивает его к необходимости переосмысления того, что уже известно, и выдвижения новых идей, а с другой стороны, обрекает его на одиночество в силу неприятия этих идей людьми, ничего не видящими дальше своего собственного носа и не способными или не имеющими желания задумываться над связью вещей в мире.

Пожалуй, можно сказать, что на протяжении всей жизни Юнг был одинок в процессе своего общения с живыми людьми, часто не понимающими его, и общителен в своем одиночестве, когда пытался погрузиться в свое бессознательное и установить контакт с миром мертвых. Часто случалось так, что живые оказывались для него скучными, ограниченными и, по сути дела, мертвыми, в то время как мертвые – удивительно живыми, разносторонними и интересными.

Словом, Юнг пребывал в таком мире, где одиночество в общении и общение в одиночестве были неотъемлемыми частями его жизни.