«Поэтому, рассматривая Гитлера как пациента и Европу как семью пациента и ближайших соседей, я предложил бы послать его в Россию. Там много земли – одна шестая часть всей поверхности земного шара. Не будет большим уроном для России, если кто-то захватит часть, и, как я сказал, никто никогда не преуспел в этом».

В то время, когда Юнг в интервью с американским корреспондентом размышлял о спасении демократии в Европе и США, раздался телефонный звонок. Юнг снял трубку и услышал, как его пациент кричал о том, что в его спальне бушует ураган, который сбивает его с ног. Выслушав крик пациента, Юнг посоветовал ему лечь на пол и тогда тот будут спасен.

Корреспондент, который оказался невольным свидетелем происходящего, воспроизвел этот сюжет в своей статье. Его комментарий сводился к тому, что, как и в случае с пациентом, тот же самый совет «мудрый психотерапевт» дает Европе и Америке, в то время как резкий ветер диктатуры неистовствует у оснований демократии.

Бог как двигатель души

Бог как двигатель души

Во время пребывания в первобытном племени элгонов в Восточной Африке Юнг столкнулся с заинтересовавшим его случаем, относящимся к пониманию Бога. У элгонов есть обычай, в соответствии с которым во время восхода солнца они плюют на свои руки и, как только оно поднимается из-за горизонта, подставляют руки солнцу.

Поскольку на языке элгонов слова «бог» и «солнце» звучат одинаково, то Юнг спросил о том, не является ли для них солнце Богом. Элгонцы с хохотом, как будто услышали несусветную чушь, ответили «нет». Поскольку в тот момент солнце находилось в зените, Юнг указал на него и спросил: «Если солнце находится здесь, вы говорите, что оно не Бог, но когда оно на Востоке, то вы говорите, что оно Бог». После некоторого молчания старый вождь сказал, что это действительно так: наверху солнце не Бог, но, когда оно восходит, тогда оно Бог.

Юнг для себя отметил, что для первобытного духа безразлично, какая из этих двух версий является правильной. Важно, что восход солнца и связанное с ним чувство переживания этого воспринимаются первобытным духом в качестве единого божественного процесса.

Начиная с детских лет и кончая последними годами жизни, Юнг долго и мучительно размышлял над проблемой Бога. Вполне очевидно, что на протяжении всей его профессиональной деятельности он по-разному пытался объяснить то, что порой бездумно соотносилось с Богом.

Известно, что естественная наука не обнаружила Бога. Душа же, замечал Юнг, выступает с утверждением опыта Бога, и в этом отношении Бог представляет собой доступный опыту душевный факт. Этот факт не нуждается в каких-либо психологических доказательствах и является недоступным для любой формы непсихологической критики. Только люди с плохо развитым чувством действительности могут оставаться глухими к этой истине.