Есть и другие знаки, указывающие на глубокие социальные и культурные структурные изменения в мерах, которые мы принимаем по отношению к этому виду насилия. Например, в Соединенных Штатах сейчас работают более двухсот специализированных уголовных судов по делам о домашнем насилии (больше всего их в Нью-Йорке и Калифорнии). Всё больше таких судов принимают во внимание особую психологию домашнего насилия: например, почему жертвы отказываются от показаний и не приходят в суд, и почему так важно, чтобы правозащитники обязательно работали и в суде, и при прокурорах[156]. И всё же, более 40 % таких судов нерегулярно направляют правонарушителей в группы профилактики рукоприкладства.

Без сомнения, мы добились значительных результатов в том, чтобы домашнее насилие рассматривалось как кризис общественной системы здравоохранения, которым и является. Одному лишь Закону об искоренении насилия в отношении женщин приписывают сокращение уровня домашнего насилия на 64 % в период между 1993-м, когда он вступил в силу, и 2012-м годами[157]. Хотя Линн Розенталь, бывший координатор по связям между Белым домом и Агентством против насилия в отношении женщин, предупреждает о том, что этот успех всё еще капля в море. «В сущности, вероятность того, что парень девятнадцатилетней девочки будет пинками гонять ее по комнате, всё так же высока» – объясняет Розенталь. Сейчас в более чем сорока штатах сталкинг признается уголовным преступлением[158]. Удушение – в сорока пяти[159]. Всё больше сообществ стараются не помещать жертв насилия в убежища.

Мы с Линн встретились за обедом, чтобы обсудить перспективы всех этих инициатив. Розенталь только что завершила Youth Leads – дискуссионный тур по американским средним школам, целью которого, по ее словам, была разработка методических рекомендаций для решения проблемы подросткового насилия на свиданиях. Согласно отчету центров по контролю и профилактике заболеваний от 2017 года, более восьми миллионов девушек в возрасте до восемнадцати лет подверглись изнасилованию или насилию со стороны интимного партнера; число юношей примерно в два раза меньше[160]. Эксперты в данной области отмечают, что профилактика насилия на свиданиях должна начинаться уже в шестом – седьмом классе. Розенталь рассказала мне, что на своих занятиях со старшеклассниками была воодушевлена тем, как молодые люди, и особенно юноши, говорят о проблемах домашнего и сексуального насилия. «Эти молодые парни совсем иначе строят отношения друг с другом и женщинами, – говорит Розенталь, сравнивая поведение этих школьников с мужчинами других поколений, – у них очень много вопросов на эту тему… И они не позволят своим сверстникам учинить сексуальное насилие, обязательно попытаются им помешать».