Мы обедаем в местном ресторанчике под названием Busboys and Poets, которым владеет Энди Шаллал – известнейший правозащитник в городе, полном известных правозащитников. На экране за Розенталь ее бывший босс Барак Обама выступает с речью в Южной Африке. В этот момент Линн говорит кое-что неожиданное, высказывает мысль, которая никогда раньше не приходила мне в голову. Она сказала: «В определенной степени именно мужчины оказались в выигрыше благодаря женскому движению. Посмотрите, как много мужчин сейчас строят отношения со своими детьми совсем иначе. Они ходят на школьные мероприятия, они разговаривают с детьми. В моем районе отцы водят детей в сад, в школу. Посмотрите, как вовлечены молодые отцы в жизни своих детей. Ситуация всё еще не идеальна, и на плечах женщин по-прежнему лежит тяжкий груз, но изменения очевидны».

Оглядываясь назад, удивляешься тому, как домашнее насилие, проблема с такими серьезными последствиями для общества, почему-то считалась личным делом. Домашнее насилие происходит не в вакууме. Оно коварно просачивается в другие проблемные сферы нашего общества, еще больше отравляя их все: образование и здравоохранение, бедность и зависимости, психическое здоровье и массовые расстрелы, бездомность и безработица. При подготовке будущих решений проблем домашнего насилия, мы должны учитывать спектр и масштаб дефицитов, с которыми оно перекликается. Проблему бездомности не решить, игнорируя тот факт, что именно из-за домашнего насилия столько семей оказываются на улице. Мы не можем успешно бороться с неравенством в образовании или с бедностью, не обратившись к проблеме домашнего насилия, которая часто оказывается их основной причиной. Я думаю о сравнительно небольшом бюджете, который выделяется на внедрение Закона об искоренении насилия в отношении женщин по сравнению с другими расходами правительства, и вспоминаю решение Розенталь: «Вкладывать деньги во всё». Речь не о том, чтобы бросаться деньгами направо и налево. Однако в наших решениях необходимо учитывать сложную взаимосвязь, с помощью которой домашнее насилие дает толчок к возникновению многих других проблем.

Розенталь говорит, что движение #MeToo – свидетельство прогресса. По мнению Линн, оно не пришло из ниоткуда. Нынешний период широкой известности #MeToo напоминает Розенталь о суде над О'Джеем Симпсоном – времени, когда о домашнем насилии внезапно заговорили по всей стране. Эти разговоры породили изменения: существенные, революционные, важные, о многих из которых я написала в этой книге. «Фундамент #MeToo закладывался очень много лет. Столько людей говорили на эту тему, и внезапно условия для появления движения сошлись», – говорит Розенталь.