— А ТЫ, ТУПОЙ ЧУЖАК, ЕЁ ПОТЕРЯЛ! — голос Кассандры Зервас взмыл до уровня небесного грома, оглушал, заставлял чувствовать себя ничтожеством. — ТЫ ПОТЕРЯЛ НАДЕЖДУ НАШЕГО МИРА!

Я съёжился, скорчился, не способный найти укрытие от её обвинений. От своих собственных обвинений — день за днём, даже когда я не знал об истинной сути Эми. Она сделала всё, чтобы меня спасти, а я не сделал ничего взамен. Я потерял её. Я потерял всё. Я…

Маленькая худая рука опустилась мне на плечо. Я поднял глаза и сквозь пелену слёз едва разглядел свою наставницу, которая самостоятельно подошла ко мне.

— Мир без надежды, мой дорогой, ничуть не лучше мира без Сердца. Возможно даже хуже. Я не хочу это проверять, и тебе не советую. Так что нам пора идти, чтобы понять, как её вернуть.

Она невесело мне улыбнулась и пошла в сторону выхода — не очень быстро, но достаточно уверенно, слегка прихрамывая без своей любимой трости. Маэстус помог мне подняться, не отпуская никаких комментариев, за что я был ему бесконечно благодарен.

Остатки орденских экспериментов забивались в щели и старались как можно быстрее уползти с дороги Кассандры. С каждым шагом она шла всё твёрже, не спрашивая у нас карту, но безошибочно выбирая направление в подземном лабиринте. Сперва мы просто следовали за ней, но затем Маэстус, у которого изначально был заготовлен план отхода из лечебницы, начал его излагать.

— Позже, — прервала его Кассандра, не сбавляя ходу. — У нас ещё остались дела здесь.

— Здесь? — переспросил я. — В этой адской «лечебнице», битком набитой Орденом?

— Всё верно.

Мы с Маэстусом переглянулись.

— И о каких делах идёт речь? — осторожно спросил уже он.

— Во время моего прошлого визита сюда, — сказала чернокнижница не оборачиваясь. — Я не успела навестить старого друга. К нашей удаче, основную массу Ордена составляют безмозглые выродки, не способные понять причину и следствие. Раз уж они оставили меня здесь, у нас есть время на вторую попытку.

Моя наставница звучала уверенно, как всегда, но у меня в первый раз на моей памяти зародились сомнения в её восприятии происходящего. Я уже и сам успел убедиться, что Изнанка искажает время. Наставница наверняка об этом знала, но с другой стороны — она поставила абсолютный рекорд по пребыванию на теневой стороне мира. Чувство времени могло и сбиться.

— Кассандра, — как можно мягче сказал я. — Вы знаете, что со времени вашего прошлого визита прошло больше полугода?

Она остановилась и посмотрела на меня широко открытыми глазами, полными неподдельного потрясения.

— Больше полугода, мой дорогой? Ты уверен?