На мгновение он застыл от удивления, но вскоре расслабился и ответил на поцелуй. Его руки обхватили талию Жанеты, а ее пальцы зарылись в его волосы.

– К чему это? – переведя дыхание, спросил Серефин, когда она отстранилась.

Он поцеловал уголок ее рта, подбородок. Но она не ответила. Когда Серефин поднял голову и посмотрел на нее, то почувствовал, как по спине побежал холодок. Ее лицо помрачнело.

– Жанета?

Она покачала головой и выдавила улыбку. В ее темных глазах застыли слезы. Он нежно обхватил ее лицо ладонью.

– Ты можешь пойти со мной? – спросила она.

Но стоило ей моргнуть, как слезы исчезли, а вместе с ними и все неприятные ощущения. Жанета снова выглядела такой же уравновешенной, как и всегда.

– Прости, я в порядке. Мне не следовало…

– Жанета…

Она одарила его сияющей улыбкой, в которой не осталось и капли напряжения.

– Я в порядке, Серефин.

Помедлив, он снова нежно поцеловал ее. А когда отстранился, Жанета подняла руку и провела пальцами по его волосам.

– Это займет всего минуту, – сказала она.

Серефин взял ее протянутую руку.

– Ты не видела Кацпера или Остию? – спросил он.

– Я удивлена, что не видела их сегодня с тобой, потому что и сама их сегодня не видела.

Серефин нахмурился. Они никогда не исчезали так надолго. Внутри его зародилось тягостное чувство, подозрительно похожее на страх. Он не заметил его раньше – Жанета была единственным человеком при дворе, которому он доверял, – но сейчас, следуя за ней по темным залам дворца, понимал, что для него все закончится плохо.

Серефин попытался что-то придумать и высвободить руку из хватки Жанеты, но у него вдруг закружилась голова, а пальцы ослабели. Она уже не вела его, а тащила за собой.

Дурные предчувствия холодными мурашками ползли по спине. Они направились к темницам, в дальнем крыле дворца, которые находились глубоко под землей и где проводились магические опыты короля. Опыты, не согласованные со Стервятниками.

Из-под рукава Жанеты по пальцам сочилась кровь. Она оглянулась на него и, вытерев руки о темные юбки, провела по рту тыльной стороной ладони, на которой осталось багровое пятно.