«Прозрачный сумрак нас окружит,

Опутав нитями судьбы,

И отразятся в темной луже

Прямые черные столбы…»

К чему эти сточки?

– Я долго искала тебя. С того самого дня, когда мы так нелепо расстались. Дени сразу же бросился в погоню за каретой, с которой ты уехал.

– Карменсита, почему ты вздыхаешь? – с тревогой спросил Анри.

– Не надо, не говори, ничего не произноси. Я слышу твой голос и начинаю плакать. Мне нельзя плакать, я должна говорить…

Полный мрак воцарился в камере. И там, в этой темноте, звучали чувства двух людей, так много чувств. И чем их больше, тем слов становится всё меньше, такая несправедливость!

– Я никого не обвиняю! – шептала девушка. – И тем более, тебя! Ты ни в чем не виноват… – Карменсита помолчала и через силу продолжила. – Дени нашли убитым. Лошадей не было. Я узнала об этом потом. Рассказывали…

– Кому понадобились наши дохлые лошади… – воскликнул Анри, но тут же осекся; до него дошел смысл сказанного.

Он ужаснулся.

– Я осталась одна.

– А Альфонсо?

– Альфонсо умер в тот час, когда ты бросил нас и укатил со своим новым покровителем. Старик не перенес такого удара…

– Но… А как же ты?

– Чего я только не пережила. Но не надо об этом! – Карменсита снова заплакала. – Потом я скиталась по свету, чтобы найти тебя. Я не знала, как это сделать, потому что не видела герба над дверцей роковой кареты…

– Крест в верхнем левом углу, – машинально пробормотал Анри.

– Я погибала от голода. Уже начались холода, и негде было достать пропитания. Так я дожила до начала нового года…

– Бедняжка!