Эзалон продолжает поиски совести Санаду где-то в глубинах просверлённого этим строгим взглядом черепа. Но не находит.

– Он просто неловкий! – наигранно возмущается Санаду. – И он сам это признал в итоге.

– После дуэли.

– Это был тест на ловкость.

– Ты избил посла и устроил с ним дуэль после того, как нас попросили позаботиться об интеграции демонов в эёранское общество!

– Это досужие сплетни.

– Есть несколько сотен свидетелей.

– Им показалось.

– Ты не дашь себя переспорить?

Помедлив, Санаду мотает головой, а Эзалон вздыхает и трёт лоб.

– Ладно. Ваши дружеские развлечения с Шаантарэном оставим в стороне, пусть этим политики занимаются. Но объясни, объясни мне: зачем ты ночью лез в окно женского общежития?

Секундная пауза. Санаду вздыхает: он позаботился, чтобы никто из находящихся рядом с общежитием не увидел, как он пробирается в комнату Клео, но, похоже, кто-то наблюдал издалека. И пожаловался.

А причина его скалолазных упражнений – остаточные заклинания на двери: он, даже будучи соректором, не может отпереть её без согласия Клео или Ники, а когда ночью ему пришла гениальная идея спровоцировать сущность ещё раз, девушки уже спали. И будить их хлопком телепортации он не хотел (для иномирной сущности всё должно выглядеть именно похищением), так и пришлось лезть в окно.

– Ты не поверишь, – Санаду невольно улыбается: Клео так сладко спала, когда он склонился над ней, чтобы снять с шеи спящего бельчонка. Её лицо и приоткрытые губы были так близко, он ощущал её тепло, её запах. Это было так интимно и…

Эзалон резко повышает голос:

– Зачем ты лез в окно женского общежития?!

Дверь открывается без стука, Клео шагает в кабинет:

– Профессор Санаду, вы опять украли мою белку!

Подскакивает Эзалон. Над книжным шкафом поднимаются ушки с кисточками, а за ними и черноглазая рыжая мордаха, так и не соблазнившаяся орешком.

– Украл белку? – переспрашивает Эзалон.