— Что?.. — Кэйдар склонил голову, неохотно признался:- Я думал о своём, простите, Отец…

— Я сказал, чтобы ты отправил Айну и Лидаса в его поместье. И чем быстрее, тем лучше. Им надо пожить отдельно. Хотя бы с год. Останутся один на один — и сойдутся снова. Такое для них не в первый раз…

— Лидас хотел со мной поехать… — осторожно напомнил Кэйдар, глянув на Отца.

— Куда? Искать марагов?

— Да, Отец. За море… В Рифейские горы…

— Но вы же едете не сейчас! — Таласий недовольно свёл брови к переносице. — А через год — не раньше!

— Через месяц… — поправил Кэйдар. — Может, через два… Я уже присмотрел два корабля полегче. Капитанов толковых… Сильные гребцы… Опытная команда… И Велианас хотел плыть с нами. Я думал, он писал Вам. Он сказал, с Вами договорится сам.

— Этой зимой ты никуда не поедешь! — Таласий боялся повышать голос, боялся нового приступа кашля, не хотел при сыне выглядеть слабым, больным, беспомощным, поэтому говорил очень тихим ровным голосом, но от этого он ещё больше казался зловещим. — Я не отпускаю тебя. У тебя свадьба в мае…

— Я успею вернуться, Отец. — Кэйдар был удивлён реакцией Воплощённого. Обычно Он в курсе всех домашних дел. Неужели Ему ничего не докладывали?

— Ты можешь погибнуть! Всякое может случиться в дороге… Мне тоже немного осталось… На кого ты думаешь оставить Империю?

— Отец, мы едем ненадолго! В феврале или в марте… Как только ветер установится. В апреле я уже буду дома… Я успею к этой свадьбе!

— Конечно же, ты успеешь! Потому что я запрещаю тебе покидать стены Каракаса! — Нет, Таласий не сдержался, раскричался-таки. — Думаешь, этот поход спасёт тебя от женитьбы? И не думай! Хадисса будет твоей женой! А то ехать он собрался за моря, счастья поискать… Я запрещаю тебе самому принимать решения в таких важных делах! Пока я правлю этой страной, пока я — твой отец и твой Император! Поэтому я приказываю тебе отложить поход до следующего года. Понятно тебе?

— Я думал, большая добыча для нашей казны сейчас нужнее всего. И тогда что нам аскалы?

— Тебе не кажется, что ты слишком много стал думать? Мои советы тебе уже ни к чему?! Ты и мои запреты не принимаешь всерьёз! Думаешь, если вырос, то я не найду на тебя управу? Пока я жив, я твой отец и господин! Хочешь, чтобы я приказал тебя высечь? Ведь так ты наказываешь своих рабов?

Кэйдар голову вскинул, встретил взгляд Отца ярой ненавистью, вытолкнул через плотно сжатые зубы:

— Вы не посмеете…

Таласий в ответ зло рассмеялся.

— Ты не умеешь себя вести! Ты не воспитан и не сдержан. Что подумают окружающие про отца, воспитавшего такого сына? Сыновнее послушание — вот начало воспитания в любой семье! И если ребёнок вредничает, — его наказывают!