Прокладываемая марагом тропа всё больше, всё круче забирала вверх. Отвесная стена холодного камня по левую руку, а справа — крутой склон, постепенно переходящий в бездонную пропасть. В ту сторону даже смотреть было жутко. Пугались лошади, в постоянном нервном напряжении находились люди. И поднявшийся ветер, резкий, порывистый, вместе со снегом, грозил перейти в метель. Такую погоду лучше было бы переждать под крышей, в тепле, у очага. А тут даже места подходящего для ночёвки всё никак не получалось выбрать.

Кэйдар давно уже шёл пешком, вёл своего утомлённого долгой дорогой Сервуса. Жеребец косил глазом в сторону отвесного края, храпел и отфыркивался, испачкав тягучей слюной всю правую руку, сжимающую поводья у самой морды коня.

Сколько ещё? Как долго? Ведь полдня на ногах! Кэйдар устал, замёрз и проголодался. Конечно, от передних не отставал, вон, и спину Лидаса видно. Он тоже пешком идёт, а темп неплохой держит. Откуда в нём такая выносливость? Хотя, он с детства, — да что там! — с рождения в горах жил, ему невпервой вверх-вниз скакать.

А Виманий отстал, давно ещё, среди последних уже тянется. Ему тяжелее всех, он даже старше Велианаса. Хотя Велианас воин, он всю жизнь в походах провёл, их даже сравнивать нельзя. Виманий дальше дворцовой библиотеки и не выбирался никуда. Решил, вот, на старости лет попутешествовать. Боком ему выйдет это решение.

А Велианас как отправился назад проверить, что там да как, так ещё и не возвращался. Пропал где-то в хвосте.

Кэйдар ускорил шаг как мог, решил догнать Лидаса: нужно обсудить с ним проблему поиска места для ночёвки. Пора уже, скоро стемнеет настолько, что и двигаться будет нельзя.

Снег пошёл сильнее, а вот ветер, вроде, стих немного. Это хорошо, ветер хуже мороза, он студит больше. От него даже тёплый плащ плохо спасает.

Велианас нагнал Кэйдара, продвигаясь через снег и встречный ветер верхом. Он не побоялся погнать своего гривастого мощного Ариса по такой сложной дороге, когда на расстоянии вытянутой руки ни зги не видно. Послушный конь повиновался своему хозяину безоговорочно, чутко ловил малейшее движение поводьев. Остановился перед Кэйдаром, украдкой норовя ухватить зубами Сервуса за плечо.

— Балуй у меня! — Велианас прикрикнул на своего любимца, и жеребец притих, чувствуя настроение хозяина.

— Когда ночевать будем? — спросил Кэйдар, щурясь от ветра, порывами бьющего прямо в лицо.

— Сейчас узнаю у первых, господин Наследник, — ответил Велианас. Сам он был озабочен чем-то другим.

— Как там? — Кэйдар головой мотнул в ту сторону, откуда приехал Велианас.