Интересно, что и Велианас так же насторожен, и Наследник. Ни один из них не признаётся в своих страхах, но ведь они уже несколько раз среди ночи натыкались друг на друга, всякие отговорки придумывают, как будто не видно: каждый ходил проверять посты, каждый опасается чего-то. Чего?

Двое самых бойких вызвались сами спуститься вниз по склону, помочь Виманию. Лидас смотрел, как Тэстий и Виамас, помогая друг другу, спускаются почти по отвесному заснеженному склону, обвязавшись по поясу верёвками для подстраховки. Сверху им помогали другие, травили верёвку и давали советы.

— Ну, что там? — крикнул Лидас, когда Виамас, спустившийся первым, склонился над Виманием. — Живой?

Виамас известным каждому жестом показал: мёртв! Рукой сдавил своё горло и склонил голову.

— Ну, вот, не хватало ещё! — Лидас отвернулся, запахивая плотнее плащ, расстроенно и недовольно закусил губу. Отошёл чуть в сторону, пропуская остальных, самому ему глядеть на то, как будут поднимать картографа, не хотелось.

Интересно, костёр ещё горит? Хотелось одного: согреться. Ноги в тёплых толстых носках, в высоких до колен гетрах, отсырели и мёрзли. Хорошо бы скинуть это всё, обсушиться или надеть сухое. Отправляться в дорогу с мокрыми ногами нельзя.

— И что теперь, вся надежда на одного только марага? — недовольно нахмурил тёмные брови Кэйдар, выслушав неприятную для всех новость.

— Разбился, да? — спросил Велианас, и Лидас кивнул в ответ, добавил:

— Вроде бы, да. Сейчас его поднимут, узнаем точно…

— Это всё от невнимательности! От беспечности — и только! Никогда не смотрел под ноги! — выругался Кэйдар всердцах, а сам подумал: «Это ты виноват! Ты один! Его нельзя было брать с собой. Остался бы с Лилом, живой бы был. А так?..»

Нет, Виманий не разбился. Это все поняли, когда посмотрели поближе. Его убили. Убили стрелой из лука, из мощного, дальнобойного лука. Стрела через грудь прошла, навылет, стрела, пущенная в спину. Обломилась, когда Виманий катился вниз по склону. Наконечник и передняя часть древка пропали где-то в снегу, а вот вторая половина, та, что с оперением, намертво застряла в теле.

— Кто… — только и спросил Кэйдар, облизывая пересохшие обветренные губы.

— Мараги, не иначе, — ответил Лидас на не высказанный до конца вопрос. — Больше некому…

— Вот ещё, под телом нашли. — Виамас протянул пергаментный свиток, пропитавшийся кровью своего хозяина. Лидас взял его, развернул без интереса, лишь бы руки занять. Свежая кровь залила весь рисунок так сильно, что даже линии гор, выписанные чёрной тушью, и те не просматривались, а проложенной красной дорожки, по которой они должны были идти до марагов, вообще было не разглядеть.