Такого человека невольно зауважаешь. В нём скрытая сила. Если б он не просто ушёл после своих слов, а остался дожидаться выполнения приказа, Айвар предпочёл бы умереть, чем взять еду из рук аэла, но Велианас повёл себя, как настоящий дипломат: мудро, с пониманием. И поэтому Айвар без долгой внутренней борьбы подобрал облепленный снегом кусок хлебного пайка, бережно поднеся к лицу, вдохнул сладкий сытный запах, и не сумел сдержать глухого болезненного стона.

Как же он хотел есть! Просто умирал от голода! И желудок заныл с требовательной резкой болью. Сладкая пытка! Это пытка!

Часть 39

Часть 39

А утром их всех подняли рано, ещё до восхода солнца. Сам Велианас расталкивал спящих, раздавал приказы, руководил сборами. Он заметно нервничал, торопился, поминутно оглядываясь и подгоняя остальных.

Та неспешность, с какой умывался и брился Кэйдар, сводила его с ума. Хорошо, хоть Лидас обошёлся без своего каждодневного туалета. Его, чистюлю, вообще было бы не дождаться.

Все предчувствовали скорое окончание похода, не могли сдержать радости на лицах и довольных улыбок. Один лишь варвар смотрел хмуро, сдвинув брови и поджав насколько можно разбитые губы.

Велианас подошёл к нему перед самым отъездом, проверить, как стянуты узлы верёвки.

— Перевяжи! — приказал Аксетию. — Не надо так туго… — а Айвара же спросил, заглянув в самые зрачки:- Ну что, предсказатель, не боишься?

Держался с напускной весёлостью, с улыбкой, и сейчас думал подшутить над марагом, но тот не понял шутки. Сказал не к месту:

— Сегодня кровь прольётся, господин… много крови… Са́крас — небесный лучник — выпустил свои стрелы…

Велианас непонимающе бровью дрогнул, а варвар головой мотнул ему за спину.

Солнце всходило. Его не было ещё видно за скалами, но лучи — длинные, тонкие, горячие — протянулись через разрывы в низких тучах, алым окрасили горный склон, и все заснеженные макушки скал, заслоняющих своими телами полнеба.

— Это всего лишь солнце… Создатель с нами!

Мараг не стал спорить, плечами лишь пожал.

Они тронулись в путь, кто верхом ехал, кто пешком шёл, но последних было больше.

Аксетий, сволочной тип, всё-таки сделал по-своему. Понимая, что Велианасу сейчас не до них, верёвку затянул ещё туже, чем было. И руки связал за спиной, а не спереди, хотя обычно в дорогу никогда так не делал.

И руки устали очень быстро, затекли почти сразу, онемели по самые плечи. Да и идти так по снегу, через камни, намного было сложнее.

Айвар измотался так, что и по сторонам не смотрел, просто не было сил держать голову. Шёл, не прислушиваясь к голосам вокруг. Ничего не соображал, ни о чём не думал. Одно в голове держал: куда ногу поставить, чтоб не упасть, думал о каждом последующем шаге, как о последнем в своей жизни.